— Минбарский крейсер приближается, капитан.
Голос командора был напряженным, и он взглянул в лицо его капитана, надеясь увидеть явление чуда — одного из тех, что он видел прежде. Взамен — взгляд капитана был пустым и отрешенным. Почти что мертвым.
— Капитан?
Капитан Джон Шеридан внезапно вернулся к жизни.
— Открыть заградительный огонь. Заставьте его отступить. Ненадолго. — Разумеется, они не смогут взять самого минбарца на прицел, но есть и другой способ. Всегда есть другой способ.
— Да, сэр. — Командор пробежался по пульту управления с непринужденным мастерством. Он всегда был талантливым стрелком и, без скидок на молодость, он был одним из опытнейших стрелков на борту КЗС "Вавилон". После капитана, разумеется.
Заградительный огонь, конечно же, никогда не бывает особо эффективен. Невозможность прицелится по минбарцу делает задачу много более трудной, но никто из них не собирался сдаться лишь потому, что враг был лучше оснащен, лучше вооружен и в лучшем состоянии чем они. Ибо так сказал Капитан.
— Они сбрасывают скорость. Похоже, мы их зацепили.
— Есть какие—либо признаки попаданий, Дэвид? — спросил Шеридан. Он едва ли покидал капитанский мостик в последние дни.
— Не уверен. — ответил командор. — Они все еще глушат нам сканеры, слишком хорошо, чтобы сказать. Лейтенант?
— Они замедляются, и похоже что их оружие сейчас не более действенно чем наше.
— Хорошо, если так, — пробормотал Шеридан. — Может в конце концов нарны продали нам работающую глушилку. Как с гипердвигателями, Стивен?
— Еще около десяти минут.
— Черт! Ладно. Продолжать заградительный огонь, Дэвид.
Иногда командор с трудом понимал капитана Шеридана, но сейчас было не одно из этих "иногда". Капитан жил для боя, и становился действительно живым только в бою.
Командору доводилось слышать, что минбарцы до сих пор зовут Шеридана "Звездным Убийцей" — после "Черной звезды". Та победа была памятным поводом.
— Капитан! — крикнул лейтенант — Разгерметизация корпуса на кормовых палубах. Повреждены на две трети. Минбарец, наконец, получил повреждения. Похоже, носовые отсеки.
Капитан Шеридан кивнул. — Хорошо, приказ всем "Фуриям" — открыть огонь по носовым отсекам минбарца. Нанесите столько повреждений сколько возможно, но убирайтесь оттуда через минуту. Дэвид, приготовить бомбу.
Он выглядел так уверенно, подумал командор, так спокойно. Всегда готов ко всему. Ни паники. Ни страха. Командор полагал что понимает причину — капитан потерял слишком много в этой войне, чтобы бояться за свою жизнь.
— "Фурии" отходят. — крикнул лейтенант — Крейсер заряжает носовые батареи.
— Запустить бомбу и начать маневр ухода. Сейчас!
Среди горячки любого боя, знал командор, бывают моменты, когда время кажется застывшим, когда угроза нависшей смерти или надежда на жизнь растягивают в бесконечность то, что было не больше чем несколькими секундами.
Сколько осталось до того, как откроют огонь носовые батареи крейсера? И сколько — до того, как термоядерная бомба доберется до поврежденной, а потому ставшей, наконец, видимой, цели?
— Бомба запущена, капитан. — доложил лейтенант. Он так же хорошо знал про долгие секунды. Командор стиснул кулаки.
Очень долгие секунды.
А затем пол рубки подпрыгнул и затрясся под ногами. Поначалу командор подумал, что минбарец все же сумел открыть огонь, но долгие секунды проходили одна за другой, и пришло понимание, что бомба сделала свою работу.
— Так. — выдохнул он. — Похоже, нарнская техника все же сработала. — Он огляделся. Здесь никто не праздновал победу. В этот раз они победили, да, но что такое одна победа перед столькими поражениями? Они все потеряли так много в этой войне. Больше чем слишком много.
— Всем "Фуриям" вернуться на борт! — скомандовал капитан. — Гипердвигатели вернулись в строй? Отлично. Открывайте зону перехода, как только вернутся все "Фурии". Ближайший безопасный порт, куда мы можем явиться — Вега—7, ложимся на курс к ней и отправьте всех имеющихся мехботов на починку.
— Есть, капитан.
— И этот год, казалось, начнется куда лучше чем прошлый... — сердито проговорил Шеридан.
— Мы все еще живы, разве нет?
— Если это можно назвать жизнью. И это лишь середина января. У меня есть предчувствие насчет этого года, мистер Корвин. Думаю, что две тысячи двести пятьдесят восьмой будет годом, который изменит все. Наше состояние, лейтенант Франклин?
— Все "Фурии" на борту, капитан.
— Хорошо. — Капитан Шеридан, "Звездный убийца" кивнул себе. Очень долгая война. Десять лет — это слишком долго.
— Хорошо.
— Другая половина нашей души. — пробормотала про себя минбарка. — Другая половина нашей души.
Как долго она уже была здесь? Несколько дней, и в пророчествах Валена она видела столько же смысла, как и в начале. Если быть честной — даже меньше смысла чем обычно. Но она знала, почему она была тут, на Минбаре, читая пророчества до рези в глазах. Это было все же предпочтительнее, чем быть с Серым Советом.
