На этом мизере разыгрывающему ничто уже не поможет: любые меры предосторожности, любые «безопасные» сносы уже не в состоянии уберечь его от «паровоза» на пять взяток. Даже если Запад оставит три трефы, вистующие построят розыгрыш таким образом, чтобы им не пришлось ничего угадывать. Сначала они отберут
На вторую руку приходит такая карта:
Вопрос заключается в следующем: пойдёт или не пойдёт? Вообще говоря, двухмастный мизер с перехватом имеет положительное матожидание. В колоде есть девять карт, покупка любой из которых делает мизер чистым: четыре червы, три пики и две семёрки. Вероятность купить хотя бы одну из них составляет
Кроме того, можно купить одну из двух восьмёрок, которая, как правило, не ловится. Да и голая девятка будет ловиться не всегда. Если же не повезло ни с прикупом, ни с раскладом, всегда есть возможность перехватить и взять максимум две взятки.
На первой руке говорят
Что бы ни снёс злополучный Запад, он получит свои семь взяток. На первые три хода в пику Восток сносит три червы, а на четвёртый, «запускающий» ход Юга семёркой треф — последнюю черву. Раскладов такого типа можно придумать сколько угодно. Часто вместо девятки треф кладут восьмёрку — в расчёте на то, что никто не оставит вторую восьмёрку: действительно, будет весело, если голая восьмёрка не ловится, и вистующие проверят, не застраховался ли мнительный мизерящий от «паровоза». Но девятка — «надёжнее», она не оставляет ни малейшего шанса.
Хитрая «засада» может ждать мизерящего и со своего хода:
Те же самые соображения о положительном матожидании мизера. Вероятность покупки одной «своей» (10 из 22) составляет
После этого ход восьмёркой треф имеет очень большие шансы на успех. Редко кто не идёт на такой мизер. В прикупе король с восьмёркой в «пустую» масть.
Ловятся обе восьмёрки:
В какую бы восьмёрку ни пошёл Запад, её возьмут, отберут ещё четыре взятки и отдадут взятку на вторую восьмёрку, а вместе с ней — паровоз на пять взяток. Если разыгрывающий побоится оставлять две восьмёрки и решит сыграть «наверняка» — на две взятки, то он оставит восьмёрку с фигурой и, по логике, пойдёт сверху.
В этом случае фигура перебивается, а дальше происходит то же самое.
Интересный приём применил против такой сменки великий преферансист Плюто. Он сделал первый ход восьмёркой червей, а на семёрку треф сбросил короля червей и, как свидетельствуют очевидцы, мягко улыбнулся «честной компании». Плюто был знаменит в годы моей юности, и про него ходили легенды. Как видно из этого случая, «сменку» может пропустить и мастер. Но только великий мастер умеет обратить поражение в победу. (Очевидно, Плюто вовремя догадался, что «пропустил» сменку, потому что, если восьмёрка треф не ловится, его противникам было бы не из чего выбирать и они ловили бы короля червей.)
Другая, не менее красивая «оборотка» против этой сменки такова: первый ход — дамой треф. Её перехватывают, добирают четыре взятки и пытаются «включить» семёркой треф, на которую сносится восьмёрка червей (для красоты — король червей).
Самое первое из известных мне упоминаний о раздаче специально заготовленного расклада относится к игре В. Г. Белинского с И. С. Тургеневым.[276] Писатель сдал критику восьмерную (на которой тот остался без четырёх), отомстив таким образом и за Гоголя, и за всю русскую литературу. Правда, обернули дело шуткой, денег с «лоха» не получили — простили, разрешили не писать в гору. Тот, говорят, обиделся и просил впредь больше «сменок не кидать».
Если мы с Е. В. Витковским правильно реконструировали эту ситуацию, описанную А. Я. Панаевой, то партнёры Белинского посмеялись над вечной «плаксивостью» Неистового Виссариона, который играл плохо, но не мог этого признать, а все свои неудачи объяснял хроническим «непером». Вам, наверняка, знаком такой тип людей, любезный читатель.
Эта история — первая, но далеко не единственная.
О том, что в момент напряжённой игры у человека задействованы все органы чувств, включая шестое, знают или догадываются многие. Но, к сожалению, не все игроки целиком полагаются на свои ощущения. Например,
