— Еще немного и мы выйдем на свет, — успокоил его Сен-Клер. — Не удивляйтесь, мы попадем в очень далекую западную страну. Мы попадем в Ирландию.
— Мне все равно, — сказал рыцарь, и они пошли дальше.
Кот поднял голову и посмотрел на Старца. Тот снова взял медальон, захлопнул его и протянул Коту.
— Ты видел достаточно? — спросил он.
— Да, спасибо! — пробормотал Кот. — Теперь мне надо только все как следует обдумать.
— А ты видел достаточно? — обратился Старец к Бумбергу.
— О да! — воскликнул тот. — Теперь я знаю, где искать!
— Ступайте! — проговорил Старец. — Там, где заходит солнце, вы встретитесь снова.
Кот соскочил со стола и ринулся к выходу из беседки. Бумберг помчался за ним, на ходу подобрав в траве увесистый булыжник.
— Подлый дворецкий! — крикнул Кот и юркнул в кусты. Бумберг размахнулся и запустил камнем ему вслед. Кот шарахнулся в сторону, прижал уши, но проклятый булыжник отскочил от ствола пальмы и рикошетом угодил ему прямо в лоб. Искры посыпались из глаз бедного Саладина, он зашатался и упал без чувств.
Обнаружив пропажу Саладина, Робин серьезно забеспокоился. Он стал думать, что, может быть, на корабль и в самом деле было совершено нападение, пока он так глупо сидел в засаде. Теперь, когда Бабушка спала, а Кот был неизвестно где, Робин почувствовал себя одиноким и беззащитным. Полагая, что адмирал должен, напротив, подавать пример выдержки и мужества, он обошел все посты, устроил стражникам разнос за разгильдяйство, похвалил Тиана Обержина, проверил пульс Бабушке и, наконец, снова вернулся в адмиральскую рубку. Было уже четыре часа утра. Робин вспомнил, что за всю ночь он ни разу не сомкнул глаз. Беспокойство о судьбе Кота и волнения последних часов подточили его силы. Робин сел в кресло и попытался бороться со сном. Минут пять он щипал себя за руки, за ноги и даже за нос, но в конце концов не выдержал, свернулся в кресле и сладко заснул.
Ничего угрожающего или средневекового во сне он не увидел. Напротив, ему представилась самая мирная и безмятежная картина: травы, цветы, и среди них спящий Кот Саладин. Легкий ветерок шевелил кошачьи усы, бабочки и стрекозы порхали вокруг него. Наконец, Кот приоткрыл один глаз, поморщился и издал жалобный стон.
— Что с ним такое? — подумал Робин. Стон повторился, но уже не во сне, а наяву. Робин проснулся и прислушался. Кто-то простонал в третий раз. Робин встал с кресла и прошелся по комнате, пытаясь определить, откуда шел звук. Не преуспев в этом, он начал наугад открывать дверцы шкафов и выдвигать ящики бюро. Наконец, он снова откинул крышку сундука из-под морских карт. К своему изумлению, в сундуке он обнаружил Кота Саладина, который лежал на спине, держался лапами за голову и имел чрезвычайно жалкий вид.
— Котик! Откуда ты взялся? — воскликнул Робин.
— Неси лед и уксус, — вместо ответа приказал ему Кот, — у меня сотрясение мозга!
Перепуганный Робин помчался за аптечкой. Кот, который был не совсем уверен, есть ли у него на самом деле сотрясение мозга, начал вращать глазами. Он помнил, что при сотрясении глаза вращаться не должны. За этим занятием его застали Робин и Тиан Обержин, принесшие лед и примочки. Тиан взял Кота на руки и перетащил его в вице-адмиральскую каюту, а Робин смочил ему виски уксусом и положил на голову лед.
— Наверно, у меня не очень сильное сотрясение мозга! — решил наконец Кот и попросил: — зажарьте-ка мне яичницу из пяти яиц, с салом и перцем!
Под действием шипа со снотворным Бабушка крепко проспала до десяти часов утра. Ей приснился мрачный, воинственный сон. Она увидела зарево пожара, бегущих людей. Люди падали, настигнутые стрелами. Бесчисленные всадники с кривыми саблями кружили вокруг несчастных и поражали то одного, то другого. В бегущей толпе выделялась небольшая группа хорошо вооруженных всадников в белых плащах с красными крестами. Они то и дело разворачивали своих коней и обнажали мечи, пытаясь отогнать наседавшего неприятеля. Каждая их контратака под градом вражеских стрел продолжалась лишь несколько коротких минут. Арабские всадники окружали их, сбивали с седла одного или двух рыцарей, после чего остальные должны были спасаться бегством. Наконец, их осталось только трое, и старший из них в последний раз повернул коня навстречу врагам. Бабушка горестно вздохнула во сне, предвидя его гибель. Но в этот момент новый отряд христианских рыцарей под знаменем с двойным золотым крестом ударил во фланг сарацинской коннице. Не желая принимать бой, арабские наездники пришпорили своих коней и унеслись за горизонт.
— Магистр, вы не ранены? — спросил рыцарь, на щите которого были изображены три лежащих леопарда, подъезжая к старшему из трех уцелевших рыцарей в белых плащах.
— Я цел, но Сидонский замок потерян! — ответил тот. — Теперь Акра обречена. Через неделю Бейбарс овладеет городом, его ничто не остановит…
— Принц Карл Анжуйский обещал нам помощь, — сказал его собеседник, — он написал мне, что десять галер с подкреплениями уже вышли из Мессины.