Если все же отец или мать в злобе, гневе и слепоте проклянут кого-то из детей, то надо, прежде всего, усиленно молиться о мире как великой драгоценности и родителях, чтобы они имели дух мирный. Молитва примиряет людей. Человек, на которого произнесено проклятие, должен очень внимательно испытать свою духовную и внешнюю жизнь: не было ли причины для такого искушения, которую человек мог не увидеть по нечуткости и невниманию. «Берегитесь, христиане, оскорблять родителей своих, дабы не испытать на себе карающую руку Божию. После Бога нет у нас больших благодетелей, как родители наши. Страшно быть неблагодарным к ним! Притом знай: каков ты к своим родителям будешь, таковы и дети твои к тебе будут, по слову Христову: в нюже меру мерите, возмерится вам! (Мф. 7: 2)» (святитель Тихон Задонский). Нередко бывает, что человек считает себя правым, но в беседе с ним убеждаешься, что в поведении его правота была внешняя, формальная. В отношениях не было ни любви, ни истинно христианского смирения. Без этого невозможно выполнить заповедь «почитай отца твоего и мать твою». В Священном Писании не сказано: «хорошего отца» или «хорошую мать». Заповедь не предполагает от детей послушания, противоречащего их христианской совести, но запрещает в отношении их злобу, неприязнь и даже просто равнодушие. Подпавший под родительское проклятие также должен, не откладывая, подготовиться и приступить к полной исповеди. Исполнив все это (почитая родителей, молясь за них, очищаясь регулярно от грехов, живя в благодатном опыте Церкви), человек должен освободиться от всякой боязни и спокойно совершать свой спасительный путь.
«Делом и словом почитай отца твоего и мать, чтобы пришло на тебя благословение от них, ибо благословение отца утверждает домы детей» (Сир. 3: 8–9).
Нет правила, по которому разрешить от эпитимии может только священник, наложивший ее. Есть лишь целесообразная пастырская практика. Родилась она в те далекие времена, когда жизнь христиан протекала в общинах. Пресвитер как духовный педагог не просто давал определенную меру наказания за серьезный грех, но и следил за исправлением согрешившего. Видя у верующего плоды покаяния, он мог сократить время действия эпитимии. Естественно, что другой пресвитер, который снял ее, поступил бы вопреки пастырской этике. Сейчас много людей исповедуется в разных приходских храмах и монастырях. Принимающий исповедь видит их раз в жизни или крайне редко. В таких случаях священник или иеромонах не должен давать им эпитимию, а предложить духовный пластырь: читать некоторое время покаянный канон, класть поклоны, определенное время после покаяния в смертном грехе воздерживаться от св. Причастия. Человек этим не связывается, а получает необходимые рекомендации к исправлению.