Голос секретаря прозвучал ровно и профессионально:
– Мистер Карлсон, ваш агент ожидает вместе с мисс Тоушетт.
– Благодарю вас, Агнес. – Рука Джеймса накрыла старомодный переключатель интеркома.
Он не любил пользоваться этим аппаратом – тот слишком хорошо напоминал ему, как его отец отдавал приказы, сидя за закрытой дверью своего домашнего кабинета. К счастью, отца здесь не было. И родители уж точно не осмелятся посетить сына в Южной Дакоте. Один только вид обшарпанного здания суда в Пирре, столице Южной Дакоты, этом краю индейцев племени сиу, наверняка вызовет у его матери истерику. С ее точки зрения, работа Джеймса здесь – вовсе не наикратчайший путь между фамильным особняком в Вашингтоне и Белым домом. О династии Карлсон всегда говорилось с той же интонацией, что и о семействах Кеннеди и Буш. Сколько Джеймс себя помнил, его воспитывали управлять. Родителей всегда сводило с ума, когда Джеймс предпочитал добиваться всего сам и не брал то, что подносилось для него на блюдечке.
Он взял со своего стола фотографию мисс Тоушетт. На этом снимке была запечатлена индианка – избитая, вся в синяках. Она старалась выглядеть независимо, но производила впечатление побитой собаки. У нее был впечатляющий список – аресты за транспортировку и доставку наркотиков, проституция, взломы… Последний раз ее арестовали почти десять лет назад – в то же время, когда он с отличием заканчивал свое обучение в Джорджтауне. А на руках у Джеймса уже были приглашения из многих солидных фирм, предлагающих семизначную зарплату.
Отец Джеймса ожидал – сын выберет самое выгодное предложение, но Джеймс не нуждался в деньгах. Его дед оставил ему более чем достаточно, поэтому Джеймс согласился на самую низкую должность в отделе суда. С тех пор он стал одним из лучших юристов в стране – вовсе не из-за материнского богатства или отцовского влияния, а потому, что сам много и успешно работал.
Однако законам следовали не все. Например, этот послужной список мисс Тоушетт… Правда, он давно закончился. Агенту ФБР, которого все знали под индейским именем Желтое Крыло, понадобились месяцы, чтобы ее найти. Но эта индианка была так нужна Джеймсу! Ведь она могла стать своего рода его страховкой в предстоящем деле.
– Пожалуйста, пусть мисс Тоушетт войдет.
Появился высокий индеец по имени Желтое Крыло и знаком показал кому-то зайти. Джеймс продолжал стоять – даже преступницы заслуживают минимум уважения, – но, когда на пороге кабинета появилась будущая свидетельница, пожалел, что не сел.
Эта индианка оказалась совсем не такой, какую он ожидал увидеть.
У женщины, что стояла сейчас перед ним, были длинные черные волосы, волнами падающие на плечи, одна прядь прикрывала левый глаз. Кожа ее была чистой, загорелой и, кажется, без шрамов. На ней была коричневая юбка до лодыжек и розовый топ. К боку женщина прижимала коричневую кожаную сумку. Чистые глаза смотрели на него настороженно.
В качестве свидетеля прекрасно подойдет!
Еще больше она подойдет в постели…
Боже, откуда эта мысль? Давно уже он так не оценивал женщин! Впрочем, не важно… Сейчас надо думать не об этом. Она была потенциальным свидетелем, поэтому все, о чем ему нужно думать, – это о работе. И совершенно не важно, насколько стоящая перед ним женщина была красива, – в любом случае бывшие проститутки первыми леди не становятся.
Джеймс снова взглянул на снимок и на особу, стоящую сейчас перед ним. Между этими женщинами не было ничего общего. Желтое Крыло еще ни разу не ошибался, но все когда-нибудь случается в первый раз…
– Меня зовут Джеймс Карлсон. Я специальный прокурор [1]. Спасибо, что пришли, мисс Тоушетт.
– Я не мисс Тоушетт, – сильным голосом сказала она. – Теперь у меня индейское имя. Меня зовут Сердце Орлицы.
Озадаченный, Джеймс взглянул на Желтое Крыло. Тот стоял, привалившись к шкафу.
– Покажи ему, – низким голосом сказал он женщине, но та даже не шевельнулась. – Мэгги. – Голос агента изменился, в нем явственно проступил акцент: – Покажи ему!
Взгляд женщины упал на фотографию на столе Джеймса. Она сделала глубокой вдох.
– Сейчас меня зовут Мэгги Сердце Орлицы, – произнесла она, убирая волосы с половины лица.
Только сейчас Джеймс увидел старый шрам, начинавшийся ото лба и пересекающий бровь. Джеймс посмотрел на фотографию – там этот шрам был более явственным. Рана с тех пор зажила, но след все-таки остался.
– И… – подсказал Желтое Крыло.
Мисс Сердце Орлицы повернулась, сбрасывая с плеча топ. Внутри у Джеймса все сжалось, когда он увидел участок обнаженной смуглой кожи. И ничего не мог с собой поделать – его взгляд устремился туда, где виднелась лямка бюстгальтера. А какие ноги скрывает ее юбка? Ему хотелось увидеть и их. Более того, Джеймсу вдруг нестерпимо захотелось коснуться этой женщины. Но он, будучи прокурором, не имеет на это права.
Мэгги тряхнула волосами, обнажая тату на правой лопатке. Рисунок изображал языки пламени, сквозь которое проступали буквы «ЛЛД». Маргарет Тоушетт и Мэгги Сердце Орлицы – одна и та же женщина…
