Эта книга является художественным произведением.
Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.
Камерон Дьюк мечтал скинуть галстук, выпить бутылку пива и с кем-нибудь переспать. Впрочем, порядок не так уж и важен. Как же он устал от работы. И от отелей.
«Но с другой стороны, грех жаловаться, – подумал Камерон, открывая дверь своего номера, – как-никак это мой отель». Личный номер хозяина «Королевских дюн» представлял собой двести квадратных метров роскоши, а отличный вид на океан и расторопный персонал лишь довершали картину. Нет, ему определенно не на что жаловаться.
Заходя в номер, Камерон поклялся, что, как только закончится международная конференция, проходящая в отеле, он сразу же отправится на рыбалку. Дела идут просто отлично, так что сейчас как раз самое время куда-нибудь смотаться на пару недель, забыв обо всем на свете. Можно взять лодку и отдохнуть на озере Шаста в Калифорнии, или на плоту сплавиться по реке в Австралии. А может, лучше сперва кому-нибудь позвонить…
Да, ему определенно нужно с кем-нибудь переспать.
Камерон на ходу развязал галстук, бросил ключи на ближайший столик, а портфель – на мраморный пол и вошел в ярко освещенную гостиную.
– Что бы это значило? – пробормотал он. Камерон точно помнил, что, уходя два дня назад, выключил свет.
Кто-то не только включил свет, но еще и задернул шторы, а служащие прекрасно знали, что он этого не любит, предпочитая наслаждаться волшебным видом Тихого океана.
«Что ж, видимо, это новичок, – подумал Камерон, стаскивая пиджак, – который пока не знает о моих вкусах».
Сделав еще пару шагов, он заметил незнакомую книжку, валявшуюся на столике, а потом и еще что-то на подлокотнике кресла.
Подойдя поближе, Камерон аккуратно поднял розовую ткань, отделанную светлыми кружевами. Дорогое, подчеркнуто женственное белье. Покрутив в руках тончайший шелк, он уловил аромат померанцев и специй, и от этого смутно знакомого запаха Камерон почувствовал, как его охватывает желание и напрягается промежность.
– Какого черта? – воскликнул он, отбрасывая находку. Не то чтобы ему не нравилось женское белье, но сейчас его куда больше интересовало, как это чудо попало к нему в номер.
– Сперва пиво, – решил Камерон и направился на кухню. А там под столом его уже ждали туфли на высоченном каблуке, красные и сексуальные. – Какого черта? – недоуменно повторил он.
Красные туфли на каблуке? Это шутка? Вполне в духе брата, Брендона. Если бы не столь бесцеремонное вмешательство в планировавшийся тихий вечер, то можно было бы и посмеяться. Вот только, оглядевшись по сторонам и даже заглянув за барную стойку, Камерон не нашел брата. Наконец-то добравшись до холодильника, он схватил бутылку пива и отхлебнул вожделенный напиток, а потом уставился на пустые детские бутылочки, выстроившиеся у раковины.
Детские бутылочки?
– Ладно, хватит. Брендон? Где ты? – крикнул Камерон, но ответа не дождался. – Я знаю, что ты где-то спрятался, – продолжил он, направляясь к спальне.
А потом услышал песню.
И замер на месте. Какая-то женщина, слегка фальшивя, пела старую песню о пинаколаде и дожде. Какая-то женщина пела под душем, под его душем, в его ванной.
Затем он заметил аккуратно висящую на спинке стула синюю рубашку, стул стоял в углу, и из-под него торчали кроссовки Камерона.
Отлично, номером он, по крайней мере, не ошибся, а значит, ошиблась женщина. Камерон тихо выругался, наверняка это дело рук Брендона, с него станется нанять женщину и устроить «приятный сюрприз». Другого объяснения и быть не может, без согласия кого-либо из родственников ключ от его номера не мог попасть в чужие руки.
Прислушиваясь к тихому пению, он пытался решить, что делать дальше. Наверное, стоит изобразить из себя джентльмена и дождаться, пока она домоется, высушится, оденется, и только потом вытолкать ее вон. Но с другой стороны, он никогда не претендовал на роль джентльмена.
Решив, что это не он вломился в чужой номер, Камерон вошел в ванную и стал дожидаться, пока незнакомка вылезет из душевой кабины.
Наконец показалась обнаженная и невероятно привлекательная ножка, за ней последовала рука в веснушках и попыталась нашарить полотенце.
– Прошу вас, – сказал Камерон, любезно протягивая искомое.
От такого визга могла и штукатурка посыпаться.
– Вон! – заорала незнакомка и попыталась прикрыться, уронив при этом полотенце.
– Забавно, именно это я и хотел вам сказать.
Странно, обычно он не замечал за собой склонности к вуайеризму, но сейчас он просто не мог уйти и, чувствуя себя каким-то школьником, пялился на влажную грудь, на высокие упругие полукружья с розовыми сосками, к которым так и хотелось прикоснуться руками, а потом губами. Камерон уже представлял, как гладит нежный животик, а затем опускается ниже и ласкает светлые волосы.
