– Однако рассчитывать на волхвов нечего, у них другие приоритеты, цели и области ответственности. Я думаю, они давно рассчитали меру нашего участия в этом деле и знают, что мы не подкачаем.
– Мне бы их уверенность… и твою тоже.
Илья усмехнулся.
– Не плачь, мастер, нам ли жаловаться на судьбу? Мы уже однажды выиграли жизнь. Носители светлых сил всегда одиноки, это носители темных сбиваются в стаи…
– И побеждают.
– Согласен, они побеждают чаще, а самое страшное – в глобальном масштабе, убивая ростки духовности и доброты в душах людей. Население Земли растет, а духовная база – величина постоянная.
– На мой взгляд, она сокращается как шагреневая кожа. Подлецов рождается все больше и больше.
– Давай не будем о грустном, дружище, иначе проиграем. Давай работать, искать соратников, выходить на врагов и давить их беспощадно! Иначе они задавят нас.
– Жаль Серафима. Я его, честно говоря, не любил, но союзником он был мощным.
– Да, жаль. И Гнедича жаль. И других, кто погиб. Светлая им память!
– Два вопроса. Первый: как мы будем искать врагов? Технически и психологически?
Илья хмыкнул, проводил внимательным взглядом медленно проехавший мимо милицейский «Форд» с мигалкой, вдруг засмеялся. Антон с удивлением посмотрел на него.
– Что смешного я сказал?
– Нет, это я вспомнил законы Мерфи насчет определения принадлежности явления к конкретному классу явлений. Если оно зеленое или дергается – это биология. Если воняет – это химия. Если не работает – физика. Если непонятно – математика. И, наконец, если это бессмысленно – это либо экономика, либо психология.
Антон улыбнулся.
– С такой точкой зрения я еще не сталкивался. Наш случай, очевидно, относится к последнему заключению?
– Искать врагов будем логически и психологически. Одного наши друзья уже вычислили – Халила Савагова, вычислим и остальных.
– Может, попросишь помощи у наших приятелей из ФАПСИ?
Илья с минуту не отвечал, прикидывая что-то в уме, остановился.
– Пошли назад. Я уже думал над этим, возможно, придется идти на поклон к Сергею Артуровичу. Без профи полковника нам, наверное, не обойтись. К сожалению, я тебе сейчас не помощник. Мне позарез нужно найти володарь деда Евстигнея, и я этим займусь.
– Что такое володарь?
– Евстигней
– Те, в машине, ты думаешь – храмовники?
– Честно говоря, не очень верится. Колдун может следить за нами иным способом, через внедрение и вселение, через вещи и через людей, не подозревающих об этом. А наблюдатели в «двенадцатой» – это другой уровень. Хотя кто знает? Ничего и никого нельзя сбрасывать со счетов.
Они дошли до подъезда, осмотрели двор, машины, стены домов, но ничего подозрительного не заметили.
– Итак, ты все понял?
Антон пожал плечами.
– Я понял, что начинается
Илья сделался грустным.
– Страшно не хочется ее начинать! Так нам со Славой этот год хорошо жилось – не передать!
– Мне с Леркой тоже. До сих пор удивляюсь, что она моя жена. Что она во мне нашла?
– Мужчину, – усмехнулся Илья. – Береги ее, такие женщины, как наши жены, – это дар небес. В глубине души я понимал, что нас не оставят в покое, но все же хотелось оттянуть этот миг. Теперь пришла пора покончить с Мороком раз и навсегда. Чтобы и духу его не было на земле! Чтобы он никогда не смог сюда вернуться.
Илья вынул из-под рубашки сверкнувший серебряный кругляш на цепочке, поцеловал его и спрятал обратно.
– Что это?
– Цата, старославянский амулет Рука Бога, символ Свентовита. Мне передал его Георгий. Когда-то он принадлежал Евстигнею.
– Значит, ты теперь его преемник?
Илья покачал головой, скривил губы.
– Я всего лишь имаго Витязя, куколка или предреченник, как сказал Георгий. Но сделаю все, что в моих силах, чтобы очистить нашу землю от нечисти.
Антон молча сунул ему ладонь. Илья пожал ее.
– Женщинам все говорить не обязательно.
– Ясное дело.
– Кстати, почему бы нам не сходить послезавтра вместе в ресторан? Или ты занят?
– Как раз на ближайшие два дня я свободен, мы с напарником работаем через двое суток.
– Тогда заметано. Я знаю одно место – клуб «Европа», у него прекрасная кухня. Завтра вечером созвонимся.
Они вернулись в квартиру, где женщины с увлечением рассматривали журналы мод, которых у Валерии было несметное количество. Посидели еще немного, выпили по чашке чаю, и супруги Пашины ушли. Антон и Валерия, проводив их, остались одни. Некоторое время изучали друг друга, стоя в прихожей, словно увиделись после долгой разлуки, потом Антон шагнул к жене, и она прижалась к нему, ничего не говоря. Она все прекрасно понимала.
