полностью

И даже если мы — члены других клубов, это, вероятно, единственное ритуальное место. Милонга лучше, чем Рождество, ведь обмен подарками случается каждую неделю. Лучше, чем религия, ибо не только дух, но и тело наслаждается, и, что восхитительно, нет места вине (неподходящие тангазмы не в счет). Лучше, чем спорт, так как не причиняет боль (почти никогда). Лучше, чем национальная забава — напиваться в пабе, потому что никогда не наскучивает и под конец вечера вас не тошнит на собственную одежду. Все заканчивается поцелуями на прощание; туфлями, упакованными в шелковую сумочку; розой в руке (для девушек); запахом женских духов (для мужчин); мелодией на губах и улыбкой на лице.

Сказать по правде, порой вы покидаете зал с проклятиями на устах, со слезами на глазах, с чувством внутреннего раздражения и синяками на голени. Иногда ночь танго становится триумфом горечи над наслаждением, разочарования над надеждой. Но, как и счастье, несчастье там не длится долго. В милонге есть особая целесообразность, и со временем все приходит в норму.

Сегодня все танцуют с фантастической швейцаркой с полуприкрытыми веками, а на следующей неделе королевой милонги становится элегантная Рози.

Заклятый враг Шона дотемна торчит на милонге во вторник, а в субботу его нет.

На прошлой неделе Эл ненавидел музыку, исполняемую Тоби, и дулся весь вечер, а теперь он кайфует, исполняя хиро.

«Буквально не с кем танцевать, разве что с пьяным парнем в килте», — жалуется Глэдис, но во вторник все ее любимые танцоры собираются, и она не знает, кого выбрать.

Новички-танцоры делают успехи и прибирают к рукам лучших барышень, что раздражает Высокого Брайана, считающего себя лучше них. Но вскоре выскочки достигают своего потолка. И это окрыляет.

Я опасалась, что Джошуа бросил танго, так как не видела его несколько недель, но он снова здесь, и под ногтями у него чернозем. Он был очень занят в саду, сообщил он между танцами. Весна все-таки.

Как, уже весна?

Я учусь играть на бандонеоне. Вещь дорогая, достать сложно, но Терри преподнес мне в качестве подарка на день рождения, ведь я всегда мечтала сыграть «Малену».

Многие прекрасно живут, даже не догадываясь о существовании бандонеона. Для большинства людей это нечто чересчур сентиментальное и не имеющее к ним отношения. Чужеземец, закашлявшийся в пыльном углу истории. Но для тангеро бандонеон слышится отовсюду. Нежная горечь его голоса обращена лично к вам и звучит только для вас. Бандонеон не просто инструмент. Это живое существо, у него есть душа.

Я насчитала по меньшей мере тридцать танго-песен, где этому инструменту отводится главная роль. Песни о душе бандонеона. Песни о женщине по соседству с разбитой судьбой, нервным смехом и единственным другом — бандонеоном. Песни о друге-бандонеоне, который смеется при встрече и плачет в минуты разлуки — ведь все хорошее рано или поздно кончается.

Конечно, очень поэтично, но об уроках игры на бандонеоне хочу сказать: не надо. Астор Пьяццолла не лгал, когда говорил: надо быть сумасшедшим, чтобы заниматься этим. В противном случае, он сведет вас с ума. Я знакома с аккордеоном и пианино, но сейчас подобные умения мне никак не помогают. Бандонеон напоминает клавишный аккордеон с начинкой пианино, обладает мелодическим диапазоном скрипки, но игра на нем не похожа ни на что. Он словно играет сам по себе, то есть звуки, которые он издает, когда вы его растягиваете, отличаются от звуков при его сжимании — при том, что вы надавливаете на одни и те же клавиши. Чтобы чувствовать себя уверенно в его компании, вам понадобятся: математический дар, расстройство личности и терпение святого. Неудивительно, что после трех месяцев занятий я не могла играть даже гаммы, не говоря о «Малене» и остальных четырех тысячах песен, со словами или без, зарегистрированных Аргентинским обществом авторов стихов и музыки танго.

Виной тому и недостаток репетиций, ведь что-то странное стало твориться с Терри. Его настроения сменяются от чрезмерной энергии до вялости, от перевозбуждения до летаргии. Когда я смотрю в его глаза, у меня кружится голова, так как в них я вижу пустоту.

Мы перестали танцевать, я с головой погрузилась в кулинарию, покупаю травяные настойки и записываю его к врачам. А он монотонно твердит ставшим чужим голосом, что у него все нормально и вообще все в порядке, это у меня проявляется невротизм, типичный для представителей балканских народов. «У нас просто трудные времена, черная полоса, мы прорвемся, нужно подставить ему плечо». Я испуганно цепляюсь за эти клише, так как чувствую себя одинокой, ведь потерять Терри страшнее самого ужасного ночного кошмара.