– Посмотрим! – я усмехаясь поднялся, собрал вещички, отобранные у пленника. Свиток с моим портретом, метательные ножи и кинжал положил в свой мешок, кликасу повесил на пояс и сразу почувствовал себя уверенней, кошель с горсткой медяков после короткого раздумья бросил рядом с лежащим человеком.
Дальнейший путь по лесу мы с котом проделали без приключений. Если не считать, что он всю дорогу зудел на все лады, объясняя мне какой я дурак. Я и так это знал. Интересно, что бы сказал кот, если бы узнал гениальный план по спасению Алькона, который пришел мне в голову после нападения. Впрочем, скоро я это узнаю. По приходу в Яртик придется с ним поделиться.
Мы вышли из лесу после полудня и очутились в паре миль от небольшой деревушки. Из-за своего тупикового расположения возле Тихого леса в ней не было ни таверны, ни постоялого двора. Так как я просто валился от усталости и голода пришлось напроситься на завтрак в один из деревенских домов. Хозяева приняли меня сначала с подозрением – не каждый день к ним из опасного леса выходят незнакомцы. Однако, после того, как я выдал им монету в двадцать серебряных наттов хозяин подобрел и пустил в дом. Кот, углядев в доме нескольких ребятишек, внутрь заходить категорически отказался, и удалился в поисках еды и приключений, муркнув напоследок, что скоро вернется. Отлично позавтракав нехитрой, но сытной снедью, выставленной на стол румяной хозяйкой, я выяснил у хозяина, что до Яртика рукой подать.
Узнав, что я направляюсь в город, хозяин сообщил, что он со старшим сыном как раз собрались везти пару возов свежего сена для городских конюшен. Да сын вчера расшиб руку и не может ехать. Если я помогу довести один из возов до города, то он мне еще и заплатит. Я охотно согласился, сообразив, что это просто подарок судьбы – никто не обратит внимания на возы с сеном и их возниц и я без проблем проникну в город. Я даже отказался от денег, чем донельзя обрадовал крестьянина.
Кот объявился за несколько минут до отправления, когда я уже сидел на возу. Незаметно скользнул мне за спину и зарылся в сено. Нельзя сказать, что я слишком хорошо справлялся с непривычной для меня работой по управлению огромным волом, впряженным в тяжелую, неповоротливую телегу, доверху набитую сеном. Однако до города мы все-таки доехали. Стража на воротах не обратила никакого внимания на телеги. Мазнув по нам равнодушным взглядом, капрал махнул рукой, пропуская нас. С крестьянином я доехал до конюшен, там мы и распрощались.
Из разговоров местных жителей я понял, что завтра состоится казнь. Народ только это и обсуждал. Кто-то говорил с радостным предвкушением интересного зрелища, некоторые мрачно перешептывались, неодобрительно косясь на проходившую мимо стражу. В общем, пока мы подъехали к конюшням стало понятно, что казнь состоится в полдень на главной площади Яртика. Полдень этого дня уже прошел – оставалось чуть меньше суток. Нужно было действовать.
– Так где твой план? – спросил кот, когда я покинул своего деревенского спутника.
– Расскажу обязательно. Найду вот только место поспокойней, где разговор с котом будет привлекать меньше внимания.
– А в двух словах? – приставучее животное не давало сбить себя с толку.
– Ну, если только в двух… Коль мой пятиюродный пра-пра-прадед или кто он там мне так хочет меня увидеть, что ж, я с ним встречусь. Пообщаемся по-родственному.
– фрррр… – кот задергал хвостом, – и в чем суть плана?
– Судя по этой бумажке, – я похлопал себя по карману. – Меня очень ценят и хотят видеть в добром здравии. Я сдаюсь С`Нивеллу и ставлю обязательным условием моего сотрудничества освобождение Алькона.
– Дурак ты! И Алькона не спасешь, и сам голову в пасть дракона сунешь.
– Может и дурак, но других планов нет. А на счет меня не беспокойся. Если все, что говорил Манауто правда, то они с меня пылинки сдувать должны. Главное – нужно сразу попасть к С`Нивеллу. А то пока то, да се, бюрократия, время уйдет.
– С`Нивелл твой еще и не приехал. Слышал, народ судачит, что только завтра его ждут.
– Значит буду дежурить у ворот, его ждать.
– А я, пожалуй, пойду, поймаю пару мышей, – вздохнул кот. – Вот за что ты мне такой достался, а?
– Офицеры, хотите заработать тысячу золотых? – обратился я к троице гвардейских капитанов, усевшихся вокруг сковородки с огромной горячей яичницей яиц, наверное, из двадцати.
В ответ на их недобрые взгляды я быстро сунул им под нос бумагу. Те несколько секунд недоверчиво переводили взгляд с нее на меня.
