С`Нивелл окинул цепким взглядом остальных пленников повозки. Они были бледны и взволнованы (вполне естественно!), и как всегда прикованы кандалами к толстым кольцам, вбитым в пол (конечно то, что Алькон уже без браслетов, а кандалы расстегнуты, и только для виду накинуты на запястья, он видеть не мог, мы тщательно скрыли это под одеждой). Оценив ситуацию со мной как критическую, а остальных сочтя невинными овечками, Темный шагнул вперед и склонился надо мной.
В этот же миг случилось сразу несколько событий. Из кроны ближайшего дерева на одного из арбалетчиков, держащих нас под прицелом, свалился Кристобаль. Мы решили не мудрить и попросили кота проделать свой коронный трюк с падением, дабы отвлечь внимание С`Нивелла и солдат. Эту идею подкинул Вортус, потирая шрамы на шее.
Итак, издав громкий боевой МЯУ, кот, подобно хищной птице, камнем упал ничего не подозревавшему солдату на голову и вцепился когтями тому в лицо. Несчастный дико заорал, выронил арбалет и завертелся на месте, пытаясь скинуть шипящего и воющего котяру. В рядах гвардейцев произошло замешательство. Ближайшие к нему товарищи кинулись на помощь бедолаге. Кот, не переставая вопить нечеловеческим, а вернее не кошачьим голосом.
Услышав сзади вопли, Темный резко обернулся. Как только он оказался к нам спиной Ворт мгновенно этим воспользовался. Неслышным кошачьим прыжком, даже не звякнув скинутой цепью, он очутился за спиной колдуна и приставил нож к горлу. С`Нивелл был обездвижен и не мог пошевельнуться, без риска остаться с распоротым горлом. Я всегда с сомнением относился к профессии Вортуса, но следует отметить, что его навыки все чаще спасают нам жизни. Одновременно с Вортом, я, приподнялся и защелкнул на руке С`Нивелла золотой браслет. На другой руке браслет застегнул подскочивший Алькон. Все это заняло не больше пары секунд.
Солдаты, охранявшие повозку, как и С`Нивелл на мгновение были отвлечены суматохой за спиной, а когда обернулись было поздно. Их командир был в наших руках. Они стояли, направив на нас арбалеты и растеряно пялились, пытаясь сообразить, как же так случилось, что пленники не только освободились, но еще и захватили сильнейшего Темного.
Оставив С`Нивелла на попечение Вортуса мы обратили свое внимание наружу, все-таки вторая половина проблемы в виде полутора дюжин вооруженных до зубов солдат была все еще тут. Пока в ситуацию вникли только четверо арбалетчиков. Остальные были заняты котом. Мы успели очень вовремя. Как раз в тот момент, когда мы закончили со С`Нивеллом, одному из гвардейцев удалось отодрать яростно воющего и царапающегося кота от головы товарища. И теперь он держал его за шкирку, а другой замахивался кликасой, собираясь разрубить его пополам.
В отчаянной попытке помочь, я рванул вперед, отчетливо понимая, что не успеваю. Наблюдавшие за этим арбалетчики, совсем ошалев от происходящего, не понимая, что происходит, но имея четкий приказ не допустить побега заключенных, одновременно спустили крючки. Я этого даже не заметил, я видел только кликасу, почему-то медленно-медленно опускавшуюся на голову кота. Все вокруг почему-то замедлилось, я и сам тоже очень медленно, как во сне выпрыгнул из повозки и прошла уже целая вечность, а ноги мои еще так и не коснулись земли.
Кликаса между тем все ближе приближалась к несчастному животному. Мир вокруг меня окончательно остановился. Застыл солдат с занесенной кликасой, с жуткой гримасой замер гвардеец, в руку которого впился кот, неподвижно стояли арбалетчики, даже арбалетные болты повисли в воздухе не долетев до меня каких-то пол ярда. Я удивленно созерцал застывшее безумие, пытаясь сообразить что же Тьма побери, происходит! Краем сознания отметил, что убить меня не пытались, все болты были направлены в ноги. Было очень странно видеть себя зависшим в воздухе в нескольких дюймах от земли. Я хотел было оглянуться на друзей, посмотреть как у них дела, но не мог пошевелиться. Я уже догадался, что происходит. Все повторялось. В очередной раз, я погружался в шквал новой для меня силы. Ощущения разительно отличались от первых двух слияний со Стихиями. Я не был огромным, теплым, дышащим и живым, как в первый раз, или обжигающе-безумным, как во второй. Сейчас меня переполняла, несла и кружила бесшабашная легкость, свежесть и детское легкомысленное непостоянство. То чем я стал, летело, менялось, с такой быстротой, что у меня закружилась голова. Все проблемы отодвинулись на задний план. Где-то на краю сознания мне почудился звонкий, как голосок серебряного колокольчика, беззаботный детский смех. Сомневаться не приходилось, это Воздух. Значит уже третий раз в момент критической опасности Стихии приходят на помощь. Или я их вызываю. Не суть. Главное, что я пока не понял, как всеобщая заторможенность может мне помочь спасти кота, если я и сам не могу пошевелиться.
