— Вроде похож, — нерешительно сказал он.
— Точно похож, товарищ майор, это он, — срывающимся от волнения голосом сказал Жуков.
— Хорошо, допустим, — произнёс майор. Гражданин Германии Пауль Ланге. Хм. А вы пока вдвоём, возьмите и прочитайте эту информацию, — подал им Карпенко листки факса.
— Получил визу на месяц. Срок визы начался 18 дней назад, — размышлял майор, — у него осталось двеннадцать дней. Хотел уложиться в месяц. Так быстро план действий.
Первое. Ты Василий, — обратился он к Бурцеву, — вместе с Пашей и Сергеем, вообщем все вместе, не теряя ни минуты. По гостиницам, мотелям и прочая. Он же должен был где-то остановиться. Сейчас пойду к полковнику Васильеву, попрошу ещё ребят в помощь…
* * *.Карпенко позвонил генералу Плахтину и попросил его принять по неотложному делу. Получив «добро», он направился к начальнику МУРа на доклад.
Доложив генералу о последнем открытии Званцева и Жукова, он представил план оперативно-розыскных мероприятий.
— Товарищ генерал, необходимо запросить немцев, то есть, я хотел сказать Органы Германии, возможно у них есть отпечатки его пальцев. Если они есть и совпадут с отпечатком, снятым в квартире Смычкова, то тогда это он — убийца Смычкова и напавший на Тимирязеву. Давайте попробуем, товарищ генерал.
— Давайте попробуем, товарищ генерал, давайте попробуем, — передразнил Карпенко Владимир Иванович. — Если бы это было так легко сделать. Теперь мне надо идти к начальнику ГУВД. А что я ему скажу? Улик много, но все они косвенные. Показания Тимирязевой и соседки Ставрова можно взять под сомнение. Тихого вообще в расчёт не берём. Писульки академика нам весу не добавят. Так с чем мне идти к руководству?
— Не знаю, — удручённо сказал Карпенко. — Я отправил всю свою группу по гостиницам, может ниточка и сыщется.
— Сомневаюсь, — покачал головой Плахтин, — он неплохо знает русский язык, скорее всего мог поселиться на частной квартире у какой-нибудь бабульки. Но проверить надо. Что ещё?
Карпенко молчал.
— Как говорил генерал Егоров в книге Богомолова «Момент истины», улик много, а зацепиться не за что.
— Я помню, товарищ генерал, как Таманцев отправил телеграмму за подписью Начальника Управления, — сказал майор, — ради пользы дела.
— Помнишь, — проворчал Плахтин, — это хорошо. У меня сегодня доклад у начальника ГУВД, затрону твой вопрос. Оставь мне все материалы по делу. Все иди.
— Есть, товарищ генерал, — радостно отрапортовал Карпенко и вышел из кабинета начальника МУРа.
В кабинете начальника ГУВД начальник МУРа генерал-майор Плахтин докладывал о текущем состоянии дел. Оба генерала недолюбливали друг друга. Плахтин из-за вечной нерешительности Лукашина, его боязни разделить ответственность и привычки выставлять себя при удобном случае. Именно на этом последнем качестве и делал ставку начальник МУРа, докладывая о деле Иностранца.
Лукашин недолюбливал Плахина за его самостоятельность, целеустремлённость в решении острых вопросов, способность разделить ответственность с подчинёнными.
Несмотря на взаимную нелюбовь, оба генерала прекрасно ладили в вопросах, касающихся розыска преступников.Лукашин верил в опыт и профессионализм начальника МУРа и всецело ему доверял.
Выслушав Плахтина, Александр Петрович, никак не мог решить, стоит ли игра свеч, или нет. С одной стороны, дело интересное и перспективное. А вдруг действительно поймают этого иностранца, тогда дело примет широкую огласку и выделит его на фоне других. А если нет. То что тогда? Вроде ему с этой стороны ничего особенного не грозило: дело в производстве у Плахтина, так что, ему и придётся отдуваться. Интересно, какие ещё козыри он приготовил. Ох не прост, Владимир Иванович, не прост.
— В принципе я не против запроса, — сообщил Лукашин Плахтину, — но надо хорошенько подумать, все взвесить.Подготовьте мне, пожайлуста, Владимир Иванович, докладную записку по этому вопросу.
— Ну держись, — подумал Владимир Иванович, — сейчас я тебя прихлопну.
— Я вот что полагаю, — произнёс Плахтин, — дело связанное с иностранным гражданином, может посоветоваться с ФСБ. Это больше их прерогатива. Мы то же, соответственно, будем работать параллельно. Но может все таки лучше передать следствие фээсбэшникам и дело с концом. Я начну готовить для них все материалы хода расследования, а завтра Вам предоставлю докладную записку.
— Сейчас сдастся, — подумал Плахтин. Он знал нелюбовь начальника к «комитетчикам».
Несколько раз они забирали у него перспективные дела, и потом раскрутив дело, зарабатывали очки, хотя львиную долю усилий по делу прилагала их Управление, но лавры доставались контрразведчикам. Начальник ГУВД считал их выскочками, которые считали себя элитой и свысока относились к другим сотрудникам правоохранительных органов, продолжая традиции бывшего Комитета.