— О, это элементарно, — включился Джейкоб, снова обретя почву под ногами. — Мы не знаем, что известно или неизвестно о магии в других странах. Мы понятия не имеем, на каком уровне находятся контакты Министерства магии КНР и Коммунистической партии Китая. Может быть, все тамошние маги, как один, ходят строем, читают Красную Книжечку и исполнены коммунистического рвения. Мы не имеем ни малейшего представления о том, как далеко зашло сотрудничество магов и правящей элиты в странах бывшего Восточного блока. Там даже сама правящая элита не знает, чьё сотрудничество с кем и насколько далеко зашло. Индия, одна из наиболее быстро развивающихся экономик южной Азии, задыхается от нехватки места и ресурсов и уже давно точит зубы на соседние территории, — и если на их стороне, помимо самой мощной в регионе армии, подкреплённой силой ядерного оружия, выступят маги, то что им смогут противопоставить силы обороны Шри-Ланки, и без того истощённые борьбой с «Тамильскими тиграми»?
— То есть? — подбодрила новичка Эм.
— То есть, свернув контакты с магическим миром, мы отдаём инициативу в руки потенциального противника, — изящным росчерком закончил Джейкоб. — Мы заранее ограничиваем себя в возможностях защиты от потенциальных атак. А учитывая возрастающую угрозу террористов, мы не имеем права игнорировать вероятность атаки магическими методами. Если мы свернём проект «Пасека», мы лишимся возможности защищать нашу страну и наших граждан, а также потеряем возможные козыри для будущих дипломатических схваток.
— Я поддерживаю Джейкоба, — добавил Билл Таннер. — Помните недавний теракт во Всемирном Торговом Центре[106]? А теперь представьте, что такие разрушения способен произвести студент с фитюлькой размером с карандаш в руке!..
— Легко, если он проектировал эти здания! — подхватила Изабелла.
— Я не совсем это имел в виду, — поправился Билл, — но, в общем, мысль ясна. Мы не имеем права игнорировать магический мир, даже если бы они согласились игнорировать нас, — что, судя по отчётам агента Купальницы, совершенно не так. О Томасе Реддле все помнят? А о Геллерте Гриндевальде? Поэтому вариант «Водораздел» неприменим.
В кабинет вошёл трезвый, собранный и лоснящийся Кью. Он демонстративно обозначил полупоклон в сторону Эм, прошлёпал к своему креслу, отставил его, поддёрнул отутюженные брюки и сел. Молодой мальчишка с растрёпанной причёской и в очках сноровисто нёс за ним капельницу на высокой штанге; прозрачный белый шланг уходил под манжету рубашки левой руки главного техника MI6.
— Прошу прощения, судя по всему, я что-то пропустил, — извинился Кью, быстро расписался в получении листка и бегло просмотрел предложенные аналитическим отделом варианты. — На этого ребёнка не обращайте внимания, это протеже моего протеже, я зову его «Эс»[107]. У него есть доступ ко всем материалам, к которым есть доступ у меня, и он иногда выдаёт потрясающие идеи насчёт этих больших электронных арифмометров… Ах да, компьютеров, спасибо, Эс.
Остальные сидевшие за столом переглянулись.
— Что вы думаете о «Водоразделе»? — подтолкнула его Эм.
— Абсолютно неприменим, — категорически отрезал Кью. — То, что от знаний откажемся мы, ещё не значит, что от них откажутся Ирак, Иран, Северная Корея, Китай, Аргентина, Индия, Пакистан, сербы с хорватами и боснийцами, ирландцы и израильтяне. Даже если они не знают о магии сейчас, они могут узнать о ней завтра, а мы будем безоружны. Войну за Фолклендские острова все помнят? Если бы у аргентинцев были маги, нам было бы не защитить нашу территорию. Действовать по плану «Водораздел» — это всё равно, что вывесить белый флаг над Букингемским дворцом.
— Согласен, — подтвердил Таннер.
— Хорошо, — согласилась Эм. — Что у вас там дальше, Билл? «Утопия»?
— Вероятность успеха одиннадцать процентов, — включился Джейкоб. — Учитывая долгую историю ведьмоборчества, подвиги Инквизиции и сочувствующих ей мирян, а также отношение магов к нам, — которое, судя по донесениям Купальницы, ближе к лёгкой гадливости, чем к добрососедству, — этот вариант в ближайшем будущем кажется совершенно невозможным.
— В нашем мире больше восьмидесяти процентов людей активно исповедуют какую-нибудь религию, — пояснил Билл. — Из них три с половиной миллиарда являются приверженцами авраамических религий. Напомню, что общее для них Писание прямо требует уничтожать всех ведьм, магов и волшебников, которых им посчастливится найти[108]. То есть каждый второй житель Земли имеет религиозный мотив к убийству магов. Даже если девять десятых из нас испугаются или просто решат отбросить ветхозаветные указы и дать магам спокойно жить, оставшихся трёхсот пятидесяти миллионов фанатиков хватит, чтобы начать знатную всемирную бойню, от участия в которой остальным просто не получится отвертеться.
— Но ведь Писание не отрицает возможность сотворения чудес с Божьей помощью? — полуутвердительно поинтересовалась Эм. Всё её знакомство с религией заключалось в партии в покер с архиепископом пару раз в год, на званых пьян… Приёмах.
