— Ситуация вышла из-под контроля, — не сводя глаз с двери, ответил Шестнадцатый.
Двадцать Шестой подошел к Масляному и протянул ему руку: «Вставай, твои повреждения не слишком серьезные. Масло уже не течет, идти сможешь». Пострадавший поднялся и похромал в сторону, чуть не поскользнувшись на собственной «крови». Отойдя на приличное расстояние от сотрудников Отряда 42, и видя, как Шестнадцатый сверлит взглядом дверь, он подозвал Двадцать Шестого к себе и прошептал:
— Помоги мне…чтобы вы там не обнаружили — мне конец. Прошу, ТиЭс, дай мне уйти, я не хочу в Рифордж! Куда угодно, но только не туда.
— Что там, Масляный? — шепнул следом Двадцать Шестой, кивнув головой в сторону напарника.
— Мой…маленький бизнес, который сегодня, видимо, будет закрыт. Ти, пожалуйста, — он коснулся плеча Двадцать Шестого, и раздался еле слышный щелчок. — В долгу не останусь.
— Масляный, чтоб тебя, — он приподнялся и оглянулся на Шестнадцатого. — Как только мы зайдем внутрь — уходи. Я что-нибудь придумаю, улажу вопрос.
— Благодарю, ТиЭс, — опустив голову, устало прошипел Масляный Папочка, — и удачи тебе.
За их спинами загрохотало. Шестнадцатый вынес дверь перед собой выстрелом из энергопушки, и сразу же скрылся в проходе. Внутри располагалась лестница, уходящая вниз по спирали. Из освещения здесь были только свечи в старых канделябрах на стене, которые сопровождали вошедшего до самого конца пути. Воздух был пропитан старостью и сыростью; стены из кирпича, то и дело обсыпались от эха шагов каждый раз, когда Шестнадцатый ставил ногу на ступеньку, а пламя свечей легонько подрагивало, готовое вот-вот потухнуть. Двадцать Шестой добежал до цокольного этажа за пять минут, и застал Шестнадцатого ровно в тот момент, когда тот достиг новой двери, на этот раз железной.
— Здесь что-то не так, — рассматривая тупик, сказал Шестнадцатый. — Воздух…твои сенсоры наверняка улавливают сырость. Однако, тут есть что-то еще, что-то, чего явно не должно быть, — продолжал он, потирая большой и указательный пальцы. Двадцать Шестой подвинул напарника, и постучал. Тишина.
— На другое я и не рассчитывал, — он постучал еще раз, но в этот раз дверь приоткрылась и за ней показался робот, рассматривающий посетителей одним глазком:
— Чего надо?! — грубо спросил он. — Вы на игры?
— Какие еще… — начал было Шестнадцатый, но Двадцать Шестой его перебил: — Да, мы на игры.
— Пропуск! — попросил робот, протянув через щель сканер.
Двадцать Шестой указал себе на шею, где красовалась цифра «42». Свет глаз робота-охранника тут же сузился, и он было хотел поднять тревогу, но Шестнадцатый схватил его за руку и резко дернул к себе:
— Рифордж, — протяжно пригрозил он, вплотную наклонившись к сторожиле. Охранник тут же отошел, дав путь двоим из Отряда.
— Это еще, что за…?! — выдавил из себя Шестнадцатый.
Их взору предстала огромная, серая публика машин, окружившая некое подобие клетки. Они кричали, завывали, скрежетали, махали руками и топали ногами. Складывалось впечатление, что им «весело». От стен отражались синхронные слова: «Бей! Давай, еще! Убей его! Ну же, сильнее! Еще! Еще!» Подобная картина произошла у палатки Масляного: те же толкания, та же агрессия, те же крики, — все это было направленно так же в одну сторону — в сторону клетки. Напарники попытались пробиться через толпу, попутно получая случайные удары локтями. Чем дальше они продвигались вглубь, тем сильнее сенсоры улавливали тот самый аромат, которого быть не должно.
— Скатол…, - вдруг выдал Шестнадцатый, — вот, чем пропитан здешний воздух.
— Что? Но поблизости даже нет цветов. Откуда тут взяться запаху скатола? — удивился Двадцать Шестой.
— Его плотность и содержание в кислороде слишком велико, чтобы цветы были причиной. Я думаю, секрет такой концентрации скрывается в центре комнаты, исходит из клетки, — проталкиваясь все ближе к эпицентру, говорил Шестнадцатый.
— Слушай, может там просто поляна или раздача ванильного мороженного, — попытался пошутить новичок.
— Давно этого не говорил, Двадцать Шестой, но ВЫКРУТИ ЧУВСТВИТЕЛЬНОСТЬ НА МИНИМУМ! — огрызнулся Шестнадцатый, дойдя до цели и замерев на месте.
— Ну, что та…ох, черт!
Клетка была с ямой, наполненной массой коричневого цвета. Напротив места, где стояли напарники, располагалась вышка робота-наблюдателя, который то и дело подливал новую порцию этой жидкости в яму, окатывая два тела, борющихся внизу. Раздался гонг, и борцы разошлись по своим углам, где их уже ждали смотрильщики. Во время перерыва, они просовывали внутрь клетки лопаты, на которых лежало нечто похожее на вяленые куски мяса, и скидывали содержимое на пол. Отдыхающие бойцы жадно кидались на грязную еду и принимались ее грызть, словно свиньи, чавкая, захлебываясь в собственной слюне, облизывая коричневые пальцы. Гонг прервал их трапезу, толпа заскрежетала, с вышки полилась новая порция фекалий, и бойцы кинулись друг на друга, в надежде убить противника и получить порцию награды побольше.
— Люди! Это же люди! Прямо тут, под носом! — крик Шестнадцатого сотряс все помещение.
