- Это то, что я хочу на день рождения. Я хочу ласкать тебя до тех пор, пока ты не
потеряешь голову от желания. Я не собираюсь уступать и дам тебе только то, о чем ты
будешь меня умолять.
- Ты просишь меня сдаться, верно?
- О, я очень надеюсь, что ты сможешь продержаться подольше, – предвкушение
нахлынуло на него стремительнее, чем поток муравьев спешащих к пролитому сиропу.
- Ты нелегкая добыча.
- Думаешь, что сможешь заставить меня умолять? Довольно самоуверенно с
твоей стороны.
Смеясь, несмотря на вожделение, разрывающее его на части, Рейф прижался
своими бедрами к ее, давая ей в полной мере почувствовать свое желание.
- С тобой так всегда.
- А ты совсем потерял стыд.
Она, видно, тоже. Керри вращала бедрами до тех, пока его член не прижался к ее
киске. От этих дразнящих движений он терял голову. В ответ мужчина расстегнул
третью пуговицу на ее рубашке и взглянул украдкой на волнующие округлости ее
грудей.
- Но ведь тебя это возбуждает?
- Знаешь, я довольно крепкий орешек.
- Я это уже понял, - он нежно провел двумя пальцами по шелковистой коже
между ее грудей, а затем под одной из них раскрытой ладонью. – Вот почему будет
весело. Что скажешь на это? По-прежнему продолжаешь бросать мне вызов?
- Точно. Я с нетерпением этого жду.
-Тогда давай поиграем, - прошептал он у ее губ.
Ее пухлые, мягкие, розовые губки почти соприкасались с его. Она закрыла глаза,
и Рейф почувствовал, что она не только его желает, но и доверяет ему. Сильное
желание росло внутри, поэтому он жадно и настойчиво прижался к ее губам. Трудно
поверить, но сегодня он уже дважды овладел ею, хотя полдень еще даже не наступил.
Кровь стремительно мчалась по его венам. Боже, что особенного было в этой
женщине?
Ее вкус. Он скользнул языком в ее ротик, его поразил ее аромат. Сладкий вкус
взбитых сливок и апельсинового сока с легкой ноткой вишни создавали невероятную
смесь, присущую только ей. Ему будет мало одного поцелуя…и двух тоже.
Керри успокаивала и утешала его, как близкий сердцу родственник. Но она все
равно была как двуликий Янус. Даже сейчас, удовлетворив его, она снова возбуждала,
сводила с ума. Стоило ему прикоснулся к ней, как кровь начинала бешено бежать по
венам, вызывая неумолимое желание. Ему хотелось большего. Сейчас он желал видеть
ее с широко раздвинутыми ногами, влажной и умоляющей доставить ей удовольствие.
Мать вашу, он становился жадным ублюдком. Ему нужно ей помочь, ведь она
была новичком в сексе.
Притянув Керри ближе, вплотную к своей напряженной эрекции, он мог только
надеяться, что у нее не слишком сильно болит там внизу после таких интенсивных
занятий сексом. Конечно, если ей больно, он всегда может поцеловать свою девочку
там и доставить наслаждение…
125
Рейф провел рукой вниз по ее спине, по нежному изгибу попки и начал задирать
подол рубашки. Ее голая кожа согревала его ладонь, второй рукой он распахнул полы
одежды на груди девушки. Рубашка спала с ее плеча, обнажая правую грудь. Легкий
щелчок больших пальцем по соску заставил ее задохнуться от волны трепета,
пробежавшей по телу. Второй щелчок вызвал стон, а ласка пальцев между упругими
ягодицами лишила ее последних крупиц кислорода.
Рейф расстегнул оставшиеся пуговицы на рубашке и распахнул полы,
одновременно покрывая шею девушки поцелуями. Он кусал кожу ее плеч, ласкал
языком ключицу и медленно стягивал рубашку вниз. Наконец, скользнув по ее бедрам,
ткань упала и растеклась лужицей у ее ног, оставив Керри чудесно, великолепно
обнаженной.
- У тебя такое сочное тело, - прошептал он около ее груди, - спелое, гибкое, такое
женственное.
Она вздохнула.
- Немного перезрелое.
- Потому что у тебя есть формы? Я предпочитаю заниматься любовью с
женщиной, а не с двенадцатилетним мальчиком. У тебя, - он легкими поцелуями
покрывал ее груди, скользя по ним языком, – тело, о котором мечтает каждый
мужчина.
Керри тяжело дышала и не стала возражать его словам. Сейчас им предстояли
более приятные вещи.
Рейф продолжил исследовать ее тело. Он обвел ее сосок, который тут же стал
твердым; поднялся выше, царапая ее нежную кожу отросшей щетиной и обжигая ее
своим жарким дыханием. Керри закинула голову назад и выдохнула.
Он спрятал улыбку. Без сомнения, она уже потекла, и он хотел, так сказать,
прощупать почву, - проклятье, он хотел попробовать, но не сейчас. Только тогда,
когда она сойдет с ума от желания так же, как и он.
- Давай переберемся на кровать, - пробормотал он.
Прежде чем она успела ответить, он повел ее к смятой постели и нетерпеливым
