Девушка сказала еще что-то обидное, не слышное из-за музыки, после чего ушла. Омега едва заставил себя отойти от шока и повернуться к вампиру. Тот смотрел на экран смартфона – там были фото в процессе поцелуя с незнакомкой.
- Ты это зачем снимал?! – закричал Джеджун, хватая аппарат.
- А ты никогда не слышал, что парней возбуждают лесбийские игры? – подмигнул ему Чанмин.
Джеджун отлупил его по спине. Но из-за характера и физической силы это больше походило на ласковые похлопывания.
Об этом напомнили и на следующий день, когда вся группа уже разместилась в бизнес-классе самолета, отправившегося в Токио. У Джеджуна все еще звенело в ушах от визга чужих фанаток, а тут еще Джунсу подошел…
- Тебя сфоткали рядом с девушкой, – сказал художник. – Поклонницы в панике. Дай официальные объяснения, милый мой бухгалтер.
- Она сама полезла целоваться, – тут же ответил Джеджун. – Я не знаю, кто это, видимо – бывшая девушка певца.
- Хватит оправдываться, – стал издеваться Джунсу. – Нетрадиционные эксперименты? I kissed a girl just to try it! I hope my boyfriend don’t mind it… *
- Все, Дже, – заржал подоспевший майор, – ты у нас теперь – лесбуха!
- А ты – гей! – парировал омега.
- Это че это? – удивился майор.
- Ну, тебе нравится Джунсу, – с расстановкой объяснил Джеджун. – Джунсу – мужчина, ты – тоже. Стало быть…
- Ой, – обалдел майор, уходя от кресел ДжеМинов, – ёлы-палы…
- Вот таким он мне больше по душе, – сказал Джунсу, после чего тоже вернулся на свое место и начал придумывать шутки про низкий уровень интеллекта.
- А тут для бизнес-класса отдельный туалет? – неожиданно спросил Джеджун, бодро, но краснея.
- Ах ты извращенец, – пожурил его Чанмин, расстегивая ремень безопасности. – Предупреждаю: там неудобно.
- Но я хочу попробовать!
- И только я встречаюсь с настоящими людьми, – гордо прокомментировал Юно, сидевший без пары за ЮСу. – Альфа-самец – и в реальности альфа-самец.
- Выкуси! – крикнул Джунсу, показав ему кукиш и специально для этого опустивший спинку своего сидения. – Рамон!
- Да, точно, Рамон. – Юно снова стал читать «Грозовой перевал». – А ты ему сказал, что не вернешься?
- Нет, он меня ждать будет, – фыркнул художник. – Сколько угодно.
МЕХИКО
- Привет, братишка! – радостно воскликнула Элена, увидев в кафе, за назначенным столиком, своего кузена.
- Привет, – улыбнулся ей Рамон. – Как твоя работа?
- Работа отлично, получила намного больше, чем думала, – сообщила Элена. – Только задержалась.
- Не беда. Зато теперь – безудержный шопинг!
Элена печально опустила взгляд на свою кесадилью.
- Он мне уже давно не отвечал, тот писатель.
- Ага, принц твой. Ну… Писатели все одинаковые.
- Нет, Ючон другой, он не похож на писателя, очень сильный…
- Кто, блин?! – Рамон подавился едой. – ЮЧОН?!
- А что такое? – изумилась Элена. – Просто кореец, наверное… Как и твой парень…
- Ой, сестренка, тут дело не в национальности. Знаю я, в кого ты влюбилась. И… И хорошо, что ты веришь в сверхъестественное. Я раньше над тобой посмеивался, но теперь… Выслушай.
Подъезжая к особняку, лидер позвонил своему макнэ. Чанмин вышел встречать гостей первым. Остальные поплелись за ним.
- Приветствую, джентльмены, – отвесил чисто символический поклон Юно.
- Надеюсь, в баре остался коньяк, – безразлично бросил Джунсу.
- У вас овощи есть? А то в магазин съезжу, – сказал Джеджун.
- Здорово, мужики! – гаркнул Ючон.
- Как там наши, в Сеуле? – спросил Кюхён. – Зачем вы их оставили?
- Наши не пропадут, – вклинился Чанмин. – Они же тут. А твоих маг защищает… – Четверо из DBSK застыли. – Да, да! Я тех парней больше трех месяцев знаю, вы сейчас играете так паршиво, что даже на детском конкурсе талантов приз не возьмете!
- Ноль просто, – поддержал его Хёкдже. – Вы не обижайтесь, но мы-то к ним привыкли.
- Получается, DBSK теперь в принципе не выступают, – заключил Донхэ. – А в нашей группе – четыре подделки. М-да…
- И моя, видимо, самая страшная, – вздохнул Ханген.
- Значит, над образом майора придется еще поработать, – решил Ючон.
- Было бы для чего, – махнул рукой Чанмин. – Лучше петь тренируйся. Мы теперь – звезды коропоративов латиноамериканской наркомафии.
Однако уже через десять часов стало ясно, для чего артистам играть персонажей. Об этом возвестил звук, отдаленно похожий на взрыв. Юно выбежал первым и увидел двери ворот, лежащие у крыльца, а также двоих мужчин: Хичоля, опирающегося на трость с набалдашником в виде змеи (не иначе как подарок профессора), а также самого персонажа «Поттерианы» – красивого до тошноты брюнета, чьим единственным недостатком был нос с горбинкой.
- Не люблю ждать разрешения войти, которое вы все равно могли не дать, – объяснил Хичоль. К счастью, он выбрал для общения корейский язык.
Во двор медленно подтягивались остальные из числа тех, кто должен был, по мнению вампиров, проживать в особняке. Каждый мысленно прогонял в памяти лучшие моменты прошлого.
- Ты ж обещал свалить! – крикнул Ючон. Все замерли и представили себе его могилу. – Ну так и вали, мудила, ворота мне теперь чинить…
