Стэнли вздрогнул и проснулся. У него никогда не было кошмаров, подобных тем, что он видел в последние несколько дней на работе. Что за странные механические существа навещают его во сне? Почему вообще он видит такие ужасы – потому что ему грустно из-за расставания с Эмбер или же это симптомы болезни? Или, может быть, одно как-то связано с другим? Одно он мог сказать в точности: ему никогда не было так плохо одновременно и физически и эмоционально.
Он посмотрел на стол – пусто. Кукла ослушалась его приказа и не осталась сидеть смирно.
Стэнли встал и потянулся, потом потряс головой, словно это могло как-то исправить беспорядок в мозгах.
Конечно же, кукла ослушалась его приказа, подумал он – потому что это кукла. Она не могла понимать его слов. Неважно, сколько ещё раз она будет утверждать обратное, на самом деле кукла не хочет, чтобы он забрал её к себе домой – она вообще ничего не
Но кто может разыгрывать Стэнли? Насколько ему известно, если здесь кто-то ещё и работает, то Стэнли они никогда не видели.
После смены Стэнли вообще не пошёл в «Сити-Дайнер». Ему, конечно, хотелось увидеться с Кэти, но горло слишком сильно болело, чтобы он мог хоть что-нибудь съесть, и сама мысль о еде вызывала тошноту. Он увидел своё отражение в витрине магазина. Посеревшее, потное, небритое лицо, опухшие, обвисшие руки. Если бы у него в руке было печенье, он действительно был бы похож на Смерть.
Он вспомнил, что Кэти рекомендовала ему медсестру в маленькой клинике. Может быть, стоит туда зайти. Медсёстры – это не врачи; он вспомнил, что, когда был маленьким, школьная медсестра была очень доброй. Надо что-то делать. Если ему будет так плохо, долго он не продержится.
Медсестра действительно оказалась очень хорошей – светловолосая, похожая на добрую мамочку женщина, примерно ровесница маме Стэнли. Едва увидев его, она тут же сказала:
– Ой, вам очень плохо, да?
– Неужели всё настолько очевидно? – спросил Стэнли. Его голос был слабым и хриплым.
Медсестра кивнула.
– Горло болит?
– Да, мэм. Очень болит.
Он не сказал ни слова об онемевшей руке. Слишком боялся услышать ответ. Он не хотел попасть в больницу. После того как отца положили в больницу, он оттуда уже не вышел.
– Так, давайте-ка вас осмотрим и решим, что с вами делать.
Она жестом показала ему пройти в маленький кабинет для осмотра в дальней части аптеки.
Она сунула ему в ухо термометр и посмотрела на него.
– Температуры нет. Но всё-таки, пожалуй, надо сделать мазок и проверить на стрептококк.
Анализ оказался очень неприятным. Она сказала ему открыть рот пошире, достала длинную ватную палочку и сунула её глубоко ему в горло. От мягкой ваты ему было так же больно, как от острого металла, горло тут же сдавило. Когда медсестра извлекла ватную палочку обратно, на ней была кровь.
– Так, это совсем нехорошо, – сказала она, нахмурившись. – Давайте-ка я сделаю анализ, потом решим, что делать.
Через несколько минут она вернулась.
– Стрептококка нет, но ваше горло настолько раздражено, что это явно какая-то инфекция. Кровь – это в любом случае плохой признак. Я выпишу вам рецепт на антибиотики, но если к понедельнику вам лучше не станет, обещайте, что запишетесь к врачу, к которому ходите обычно.
– Обещаю, – сказал Стэнли, хотя он «обычно» вообще не ходил ни к какому врачу и не собирался.
Хотя по пути домой он по-прежнему чувствовал себя ужасно, визит в клинику вселил в него определённые надежды. Он реально что-то сделал. Получил настоящее лекарство. Уж оно-то точно поможет.
В ванной Стэнли посмотрел на себя в зеркало. Увиденное его совсем не порадовало. Он не снимал форму уже почти сорок восемь часов. Бледный, потный, пахнет от него не лучше, чем от того бака с биологическими отходами. От формы надо избавляться. Он расстегнул рубашку, потом манжеты на рукавах и потянул за левый рукав, но рука настолько распухла, что плотно застряла в тканевой трубке. С правой рукой дела обстояли примерно так же. Он потянул за рукав и извернулся, надеясь, что найдёт какую-нибудь волшебную позу, которая поможет рукам вырваться из полиэстеровой неволи.
Когда это не помогло, Стэнли в отчаянии схватился за ножницы. Ему удалось просунуть одно лезвие под левый рукав, и он разрезал его вплоть до самого плеча. Работать левой рукой оказалось сложнее, но в конце концов он разрезал и правый рукав, а потом сбросил потную, безнадёжно испорченную рубашку. Это была даже не его рубашка. Форма охранника – собственность компании, которую выдают сотрудникам напрокат. Её стоимость точно вычтут из следующей зарплаты.
