Несмотря на декабрь, жара стояла летняя – плюс двадцать два градуса, и многие уже давно избавились от верхней одежды, а те кто был избавлен от комплексов так вообще ото всей, кроме, может быть, самого нижнего белья. Впрочем на зверях это смотрелось куда органичнее, нежели на голых людях, которых я видел во множестве своём в глобальной сети. Уже через два дня после начала работ динозаврик со своим новым другом заложил все заряды и отрапортовал о готовности к “выравниваю” поверхности берегов Енисея. Естественно мы все поспешили занять места в первых рядах. Добб к этому времени уже полностью вылечился, сменил все повреждённые детали, я оклемался после обезвоживания, в отличие от Терминатора, который не трезвел ни на секунду.
У моста кипела вовсю тяжёлая работа – весь ненужный металл стаскивали в одну кучу, потом грузили на платформы, которые раз в день забирала приезжающая к нам маломощная дрезина. Атомовоз стоял на специальных временных путях, и гудел вовсю, вырабатывая огромное количество электричества для пары сотен болгарок, дрелей и отбойных молотков, которые нашлись у городской администрации Красноярска в количестве более чем достаточном для наших нужд. Основным инструментом, конечно, всё ещё оставалась лопата, но это никого не огорчало – десяток солдат вырывали яму глубиной в пять метров за двадцать минут. И вообще, как оказалось, любителей копать у нас довольно много. Особенно отличились лисы, из отряда ночных. Семеро шутников при помощи четырёх лопат, двух ломов и кувалды вырыли себе самую настоящую нору, в которой поселились жить на время строительства. Скажу честно – им завидовал не только я: под землёй у них было прохладно и хорошо, поэтому по вечерам многие из знакомых мне солдат собирались у их жилища и вели задушевные разговоры о всяком.
Костры были запрещены в принципе. Мэр города категорически запретил вырубать деревья без необходимости, и вместо дров выдал нам какие-то электрогрили, и каждый день нам привозили отличных консервов, а на третий день так вообще решили побаловать свежим мясом. Электричества было в избытке, и запрету на костры никто не разочаровался. Но пора было переходить к активной фазе наших восстановительных работ, и ознаменовать их начало хорошим взрывом.
Динозаврик и местный инженер отлично сработались, и установили с обоих сторон моста более шести сотен зарядов – только закопав их глубоко в землю. Чтобы не греметь на всю округу дважды, взрывать берега решили вместе с опорами моста. Огромные стальные балки были обмотаны поясами из пластида, направленные внутрь. Ничего лучше для снова металлоконструкций у нас не нашлось, но чёрный лис решил выкрутиться и так.
Для высшего командования составом, среди которого был и я, даже сделали специальный помост в километре от моста по руслу реки. Там нам поставили пару удобных алюминиевых шезлонгов и даже предложили выпить. Сержанты собрались вокруг нас уже слегка навеселе.
Вся армия собралась посмотреть на огромный взрыв и гудела за нашими спинами на тысячи разных голосов. Все собрались на большой спектакль и я со своими друзьями купил места в самом выигрышном месте.
Естественно, расслабленными все не были – больше всех доставалось нашему инженеру. Чёрный лис бегал с огромным мегафоном подмышкой, которое он прозвал “орало” и отдавал какие-то последние распоряжения взрывотехникам, сапёрам и минёрам, которые всё ещё оставались на мосту. Наконец последний из минёров вернулся с моста, доложив о полной готовности зарядов.
-Оцепление на месте? – спросил Шакал у полевой рации, которая тут же отозвалась весёлым голосом:
-Северная сторона – всё чисто.
-Северо-восточная сторона – всё чисто.
-Восток чист!
-Восток-юг – всё чисто.
-Юг – всё чисто, – отрапортовал Атаман непосредственно шакалу. Он у нас заведовал местным оцеплением, сидели мы на юге.
-Юго-запад, у нас несколько гражданских хотят посмотреть на бабах.
-Пускай поторопятся, – спокойно ответил шакал в рацию, – Запад?
-У нас всё спокойно, товарищ полковник.
-Северо-запад, всё спокойно.
-Готовность номер один, – сказал шакал в рацию и кивнул динозаврику.
Лис приподнял лапу, козырнув нашему полковнику и взял свою рацию.
-Внимание! Производятся взрывные работы. Если вы услышите сирену – значит вы находитесь в зоне поражения. Взрыв через одну минуту.
Сенбернар рядом с лисом щёлкнул секундомером и уставился на бегущую секундную стрелку. Все наши солдаты замерли в ожидании зрелища.
-Тридцать секунд! – провозгласил военный инженер в свой мегафон и заодно в рацию.
-Ну ща грохнет, – поёжился Добб рядом со мной.
-Десять секунд! Девять! Восемь! Семь! Шесть! Пять! Четыре! Три! Два! Один!
Я только и успел прижать уши к голове и чуть прикрыть глаза.
-НОЛЬ!
