Раздался одиночный залп винтовки Колли и ящер вылетел с обратной стороны винтокрылой машины. Пуля не смогла пробить броню – вместо этого она отломила кусок обшивки и отправила его в грудь стреляющему, отчего тот не мог удержать равновесия. Пилот же, завидев что стало с боевым товарищем, поспешил увести свою машину из зоны обстрела – он и так высадил почти три десятка бойцов на нашу территорию.
Война перешла в равные позиции – теперь мы были наравне, только ящеров прикрывал оставшийся вертолёт, который без веской причины вообще не высовывался, опасаясь повторения судьбы первого. В эфире царила тишина – только шум лопастей вертолётов и отдалённые выстрелы, слышимые с земли напоминали о том, что мы в глубокой жопе.
-Разорвём их! – послышался боевой клич Атамана и волк выскочил из своего укрытия.
Вслед за ним вылезли бойцы красной бригады, а потом на верную смерть пошли и мы с Доббом. Мой друг, развернув гранатомёт, дал короткую очередь по главному скоплению десантников, разметав десяток бойцов в разные стороны.
Мы кинулись на захваченную противником площадь бывшей базы Красной бригады, но тут опять в огромном проёме появился боевой вертолёт и открыл огонь. Не успевшие вовремя спрятаться киборги почти сразу превратились в кровавое месиво. Вместе с ними разорвало и нескольких наших ребят, и от нахлынувшей ярости я сорвался с тормозов и потерял самоконтроль. Я рванул дальше, оставив Добба в укрытии, побежал сам, прямо на вертушку. Пилот сразу открыл огонь, но я был слишком близко, и поэтому попал между двумя очередями из его пулемётов, оставшись практически невредимым. Ракеты апач тоже не мог использовать, но всё равно не думал улетать.
Вскинув на плечо свой верный РПД, я поймал на мушку стекло кабины и зажал гашетку, из-за всех сил вцепившись в цевьё, чтобы выпустить по нему всю обойму.
Пули начали отскакивать от бронированного стекла, пилот как будто смеялся надо мной, но я знал мощность нашего оружия – пятнадцать пуль стекло выдержало, а шестнадцать – нет. Оно треснуло и запаниковал наводчик орудий вертолёта, но было уже слишком поздно – стекло кабины вывалилось из своей рамы и очередная пуля прошила голову пилота насквозь.
Ящер завалился набок и в туже сторону полетел его вертолёт. Грузовой транспорт еле успел увернуться от падающей машины, а штурман дёрнул ремни и катапультировался из вертолёта. Винт разлетелся на составляющие, лопасти пробили стёкла нижних этажей, и огромная чёрная машина, лишившись своего винта, с ужасным взрывом врезалась в соседнее здание и упала на землю горящим чёрным остовом.
Я думал праздновать победу, но бой продолжался – и теперь у противника не было их главных козырей. Я отбросил отстрелянный короб в окно, и сорвал с пояса новый, свежий, зарядил его. В меня летели пули, я даже чувствовал некоторые из них – броня отлично сдерживала выстрелы мелких, девяти миллиметровых пистолетов-пулемётов, которыми в большинстве своём были вооружены наши враги. Несмотря на это, я поспешил спрятаться за самой крайней колонной и оценить ситуацию, сложившуюся за те несколько секунд, пока я был занят ликвидацией вертушки.
Всего на сто четвёртый этаж высадилось порядка сорока вражеский бойцов, но судя по крикам в эфире – подкрепление уже пребывало снизу, поскольку не смогло справится с полным грузовиком солдат. Песец радостно орал в эфире что-то про стальной дождь, матерились офицеры, и лишь грозный рык генерала смог прекратить этот балаган:
-Замолчали все! Терминатор, обстановка!
-Враг повержен в бегство! Около тридцати бойцов отступили в сторону вас и умотали на лифтах!
-Добб, Овчар – уничтожьте лифты! – последовал приказ, – Никому не высовываться! Пр…
Шакала оборвал сильнейший взрыв, раздавшийся со стороны лифтов.
Поначалу мы подумали, что киборги таким образом справляются с поставленной задачей, однако вскоре мы увидели прибывшее подкрепление – почти два десятка бойцов в масках, которые пребывали к нам и сразу же вступали в бой.
Они валили даже не снизу, не из кабин лифтов – десантировались сверху по тросам и даже забегали по лестницам. Не успевший выполнить приказ Добб развернул своё оружие в их сторону и быстро распугал вторую волну наступления.
-Отходим к оружейной! – последовал приказ генерала, – Нам нужно всё что есть…
-Вопрос в нужде не стоит, генерал, – ответил ему Координатор и мы стали постепенно отходить к противоположной стене зала, отстреливаясь от превосходящих сил противника.
Пока это мы приближались к укрытию, Чак успел ещё два раза стрельнуть из Гаусс-винтовки, но оба раза промахнулся, всякий раз создавая разрушительные взрывы. На ходу стрелять из высокоточного оружия – расточительство боеприпасов, особенно настолько редких.
Генерал приказал беречь ценные патроны, однако дикий шум и огромный эффект, которое оказывало это оружие оказывало на ящеров сильный эффект – их наступление быстро замедлилось и война из манёвренной стала фронтовой – нам надо было выбраться из западни, в которую нас загнали зелёные, а им…
