-Рано или поздно их придётся выносить, – ответил я, – Отличная тренировка для наших новых.
-И отличный повод сдохнуть, да? – спросил кто-то из новеньких, некстати оказавшийся рядом с нами.
Я хлопнул Молотова по плечу:
-Бери взвод и выдвигайтесь на левый фланг. Черкес, ты со своим взводом — на правый... – Я обернулся, – Остальные, за мной вдоль дороги...
-Понял, действуем, – кивнул я.
Мы с псом разбежались в разные стороны, а за нами и наши бойцы. Прижавшись к краям дороги, мы начали медленно приближаться к заставе, держа на мушке их основные позиции. На всю дорогу у них было четыре вышки, судя по всему вооружённых тяжёлыми пулемётами, что не внушало сильного оптимизма. Мы подобрались на триста метров и только тогда сумели рассмотреть за самой заставой три целых и явно готовых к бою танка.
-Твою же мать, полковник, видишь? – прошипела рация в моём ухе.
-Вижу-вижу, диверсантки тут не хватает!
-Что скажешь?
-Попробуем взять их, пока они не готовы к бою, – сказал я, – Лучше всего если парочку захватим целыми…
-Вышки?
-Берите гранатомёты и выносите.
-Понял.
Я махнул своим лапой, чтобы доставали и заряжали гранатомёты. Для надёжности – четыре гранатомётчика по два на башню.
-Готовы?
-Так то… слышал? – вдруг спросил меня Молотов.
-Слышал что?
-Двигатели…
-Нет.
-С моей стороны, похоже танк уже прогревают!
-Тогда на счёт три! Раз!
Левая центральная вышка с грохотом разлетелась на куски, и остальные тут же открыли сплошной огонь. Танковые башни начали разворачиваться в нашу сторону, но не стреляли, как будто ища свою цель.
-Я же сказал на счёт три! – закричал я в рацию, но ответом мне была удивлённая претензия Молотова:
-Из моих никто не стрелял!
-Тогда какого…
Я замолчал, застыв как громом поражённый. Такого я не ожидал. Мимо нас с рёвом промчался чёрных двухорудийный танк на четырёх гусеницах. До меня дошло по кому стреляли пулемёты на вышках – по нему! Нас они так и не заметили!
Развернув свою башню в сторону вражеского танка, оба его основных орудия выдали залп по мощности превосходящий любое артиллерийское орудие. Тут же башня вражеского танка взорвалась на мелкие кусочки и часть пламени перекинулась на одну из целых сторожевых башен. Пулемётчики, поняв что они ничего не сделают броне страшной машины в спешке покидали свои места, в то время как крупнокалиберный пулемёт нашего союзника выдал тяжёлую длинную очередь, распугивая ею всех, кто держал небольшую заставу.
-Заряжай фугас! Ииииха! – раздалось у меня в рации, и танк, взревев движком дёрнулся в сторону баррикад. Проломив своим корпусом небольшую стенку из мешков с песком, он закатал под свои гусеницы почти все сооружения противника и сломал другую пулемётную вышку, задев её пушкой.
-Кто был в эфире?! – тут же рявкнул я, и ответ не заставил его ждать. Танк развернулся в нашу сторону, нацелив на нас все свои орудия:
-Помашите лапой в дуло, полковник! Вас снимает не самая скрытая камера! – раздался в рации весёлый голос, принадлежавший моей знакомой рыжей колли.
-Я тебе «сниму»! – Я приподнялся над землей и потряс кулаком. – Хулиганка!!!
-Так точно, товарищ полковник! Садитесь, мы с Бульком вас покатаем!
-С Бульком? А где Добб?! – сразу же спросил я.
-Не могу знать, товарищ полковник, – немного погрустнев, ответил голос в рации, – Он пропал уже четыре дня как. На связь не выходит и мы о нём ничего не слышали.
-Вот же ж… – Я стиснул зубы до боли и повернулся к своему отряду, – Бойцы, держаться танка! Это союзники!
Первый бой для моих новобранцев, который обернулся как никогда удачно, вызвал у них приступ радости и естественно поднятия боевого духа. Ликуя, наши бойцы побежали к боевой машине.
-Тенесси, скажешь куда идти?
-Вы движетесь в веном направлении, полковник. Сопротивление будет дезорганизованным и слабым!
-Это нам и нужно, вперёд, – приказал я, – Кстати откуда вы взяли танк, да ещё… такой?
-О, споили танкиста. Их саке конечно не то что бы вода, но после нашей водки… – ответил мне Бульк с явной насмешкой в голосе, – Короче нам дали покататься!
-Где может быть Добб, есть предположения? – ещё раз в надежде услышать хоть одну ободряющую новость, спросил я.
-Никак нет, товарищ полковник, – хором ответили Тенесси и Бульк.
Я крепко матюгнулся в эфир и подбежал к танку. На правах старшего по званию забрался на броню и отдал приказ начать движение дальше. Сердце начинало колотится быстрее и сильнее, несмотря на то что все остальные спокойно шли вместе с танком по широкому шоссе, оставив позади разгромленную заставу и два танка на разбор киборгам. По рации мне доложили, что к перемещению машины не были способны ещё до нашего прибытия и служили на заставе артиллерией, не более того. Я же, стараясь хоть как-то отвлечься от волнения, стал рассматривать машину, которая досталась нашим бойцам.
