Именно поэтому я взял с собой дюжину, а не четверых. Месс Кесс и Фесс напросились сами. Вся команда Молотова, несмотря на то, что они не были Киборгами, парочка “тяжеловесов” из красной бригады. Те, когда узнали с кем воюют, чуть ли не наперебой вызвались уничтожить японцев за то, что они сделали с мирными жителями поселения Мародёров. Наши ребята во главе с Доббом и Ларсеном, тоже рвались в бой. Я вставил ленту в пулемёт и дослал патрон в ствол. Осталось решить главное, и тут необходимо было быть твёрдым как никогда.
-Рея, ты остаёшься.
Она подняла глаза на меня. До этого стоявшая позади меня и молчавшая, она приподняла левую бровь.
-Я ещё раньше могла выжить в любой артобстрел, а сейчас и подавно.
-Считай это личным, Рея. Твоя помощь больше понадобится раненым и Мародёрам.
Я повернулся к ней, смотря в глаза.
-Чего? – недоумённо спросила она.
-Тебе не доверяют. Я слышу это в эфире, я вижу это в глазах своих солдат. Просто покажи им свою дружелюбность, а мы… – я обернулся посмотреть на тех, кто ехал на аванпост вражеской артиллерии, – Мы справимся.
-Тридцать километров, – задумчиво сказала самка, – Мне понадобится около минуты, я думаю.
-Ты настолько быстра? – улыбнувшись, спросил я, положив свои лапы на её талию. К моему удивлению, Рея быстро вкрутилась из моих объятий.
-Не люблю, когда ты в железе, – призналась она и закуталась в плащ, магией надев на свою морду капюшон.
Я посмотрел ей вслед, но быстро вспомнил о времени, которого у нас оставалось всё меньше. Долгие прощания – это как раз потеря времени.
-Нам бы пригодилась её помощь, – мудро сказал Молотов, – Могли бы просто испугать всех артиллеристов до чёртиков и…
-Справимся, – прервал его Добб, – Да? – Неожиданно для нас добавил он.
Я вздохнул и поглядел на небо. Чистое, голубое небо, которое могло через полчаса обрушить на нас несколько тонн взрывчатки разом, превратив это некогда цветущее место в большой кратер, который через пару дней занесёт песком, не оставив даже воспоминания о том, что когда-то тут жил мирный и относительно мудрый народ с позорным прозвищем “Мародёры”.
-Кронос? – тихо спросил я, отключив рацию.
-Ваши шансы меньше ста процентов, генерал, – сухо ответил мне бот, – Но другого шанса у вас нет. Вы должны задержать или уничтожить основное скопление артиллерии. На моих снимках есть всего один крупнокалиберный миномёт – это ваша основная цель.
-В чём важность единственного миномёта? – спросил я.
-Это единственное орудие в их парке, способное доставить специальный снаряд точно по параболической траектории. Его применение будет наиболее эффективным.
-Специальный снаряд?
-Ядерный, – ответил мне Добб, – Таким пытались подорвать ворота Алмазного Пика в своё время.
Дела час от часу становились только хуже. Паника уже отступила – теперь на кону все наши жизни.
-По машинам, все, – приказал я, – Кронос, правь нас к миномёту. Будем надеяться, что у них нет других специальных снарядов.
-Миномёт заграничного производства – китайская копия нашего. Я не могу отследить снаряды чужого производства. Будь у них что-то из нашей техники – я бы сказал вам точно.
Даже всемогущий суперинтеллект спасовал перед этой ситуацией. Как и в любви, на войне есть моменты, когда холодный расчёт и стратегия не помогут – нужно лишь сделать то, что должно быть сделано. Совершить подвиг или ещё что-то, пойти на пролом или чистое самоубийство, но сделать хоть что-то!
Так мы делали в Японии. Так и сделаем сейчас.
Я занял место в пикапе за рулём, со мной на пассажирском сиденье устроился напряжённый и молчаливый Молотов, а его команда, включая Динозаврика, разместилась в кузове. В соседней машине Ларсен встал за пулемёт, а вёл Добб. Киборги устроились в лёгких шустрых машинках, и завели двигатели.
Мало кто заметил, как мы покинули стадион. Те, кто нас видел, откровенно завидовали – им предстояла тяжёлая работа по разбору завалов и самое трудное – опознание своих друзей и родственников. От нас лишь зависело – успеют они это сделать или нет.
Мы разом дали полный газ и на полных оборотах, ревя уже устаревшими бензиновыми двигателями, понеслись по пустыне, в указанном Кроносом направлении. Ехали молча, держались рассредоточенной группой, чтобы если нас засекли на радаре – не смогли просто попасть по всем сразу. Связь каждые пять минут, но в ней не было необходимости – всего через две точки связи, лисицы доложили что видят противника – и наш конвой остановился.
Мы оказались в забытом городе.
Кругом высились остатки небоскрёбов и жилых зданий, обрушившихся так давно, что даже песок не помнил этих гигантов. Машины пришлось покинуть где-то за километр до аванпоста – это было и к лучшему. Проезд не давали куски арматур и бетонных перекрытий, торчащих из песка в самых неожиданных местах, и нередкие провалы под землю. Постепенно здания становились всё выше.
-Городской будет бой, чувствую, – недовольно прошипел в рации Добб, – Ненавижу городские бои.
-Тихо, – оборвал его я, вскинув лапу, сжатую в кулак. Указав на Месс пальцем, я парой жестов приказал ей разведать близлежащий путь.
