Посредине форта сидели пленные французы. В конюшне обнаружили с десяток лошадей, и сейчас их седлали, – вероятно, бригадир, совершив пеший марш от Тежу, решил, что заслужил право проделать обратный путь верхом. Захваченный офицер стоял одиноко у колодца, хмуро наблюдая за тем, как победители потрошат найденные в бараках рюкзаки.
– Свежий хлеб! – Майор Гиллеспи, один из адъютантов Муна, бросил Шарпу еще теплую буханку. – Неплохо устроились паршивцы, верно?
– Они же вроде бы должны голодать.
– Только не здесь. Этот форт прямо-таки райский уголок.
Мун, поднявшись на обращенную к мосту восточную стрелковую ступень, принялся проверять лежащие за орудиями ящики с боеприпасами. Заметив человека в красном, артиллеристы форта Жозефина открыли огонь. Картечь стучала по парапету, свистела над головой, но бригадир не обращал на это внимания.
– Шарп! – крикнул он. Капитан поспешил на зов. – Пора, пора отрабатывать жалованье. – Шарп промолчал. Бригадир задумчиво оглядел ящики с боеприпасами. – Ядра, крупная картечь, снаряды.
– Мелкой картечи нет, сэр?
– Только крупная. Полагаю, из флотских запасов. Кораблей у этих сволочей не осталось, вот они и притащили всю картечь сюда. – Он опустил крышку ящика и повернулся к мосту. – Снаряды тут не помогут. Вот что, Шарп. Внизу, в бараках, сидят женщины. Пусть ваши парни проводят их к мосту. Верните бедняжек французам. Остальных людей отправьте на помощь Старриджу. Ему нужно подорвать мост у дальнего края.
Лейтенант Старридж был сапером, и уничтожить мост предстояло именно ему. Он заметно нервничал и, похоже, откровенно боялся Муна.
– У дальнего края, сэр? – переспросил Шарп, желая убедиться, что не ослышался и верно понял приказ.
Мун раздраженно посмотрел на него.
– Если мы взорвем мост у этого края, – объяснил он с преувеличенной терпеливостью взрослого, разговаривающего с не очень сообразительным юнцом, – вся эта чертовщина поплывет вниз по течению, но с той стороны все равно останется приличная часть. И тогда французы запросто соберут все понтоны. Раз уж мы забрались так далеко, не стоит оставлять лягушатникам наполовину разрушенный мост, который они могут легко восстановить. Но если мы подорвем мост с испанской стороны, понтоны приплывут к нашему берегу, а здесь мы их просто сожжем. – Над головой прошумел град картечи, и Мун бросил в сторону форта Жозефина недовольный взгляд. – Давайте, Шарп. Покончим с этим. Я хочу уйти отсюда к завтрашнему рассвету.
Восемнадцать женщин охранял пикет из легкой роты 74-го полка. Шесть из них были офицерскими женами и держались особняком, стараясь не подать виду, что им страшно.
– Отведешь их, – сказал Шарп Джеку Буллену.
– Я, сэр?
– Ну да. Ты ж ничего не имеешь против женщин?
– Нет, сэр.
– И к тому же говоришь по-ихнему, так?
– Говорю, сэр. И очень хорошо.
– Ну вот. Бери дамочек и веди их через мост к тому форту.
Пока лейтенант Буллен убеждал женщин, что им ничего не угрожает и что они должны собрать свои вещи и спуститься к мосту, Шарп отправился на поиски Старриджа, которого обнаружил у главного склада боеприпасов.
– Порох, – сказал лейтенант, подняв крышку с бочки и пробуя содержимое на вкус. – Французский. – Он сплюнул и скривился. – Вот же дрянь. Пыль, да и только. К тому же еще и сырой.
– Сгодится?
– Должен, – мрачно ответил Старридж.
– Я переведу вас через мост.
– Я где-то видел повозку. Она нам пригодится. Пяти бочек должно хватить. Даже этого дерьма.
– Запал есть?
Старридж расстегнул свой синий мундир – вокруг пояса у него было намотано несколько ярдов огнепроводного шнура.
– Вы ведь думали, что это я такой кругленький, а? И почему он не хочет взорвать мост с этой стороны? Ну или хотя бы на середине?
– Чтобы нельзя было восстановить.
– Его в любом случае уже не восстановить. Эти мосты не так-то просты, нужны знающие люди. Развалить нетрудно, а вот построить… Задача не для любителей. – Старридж опустил крышку. – Французам ведь это не понравится, верно?
– Еще бы.
– Вот, значит, где мне суждено умереть за Англию?
– Меня для того и посылают. Чтобы с вами ничего не случилось.
– Только это и утешает, – вздохнул Старридж и бросил взгляд на Шарпа, который, сложив руки на груди, стоял у стены. Лицо капитана скрывала тень от кивера, но глаза горели ярко. Лицо твердое, даже жесткое, в шрамах, настороженное… – Я на вас надеюсь. – Лейтенант вздрогнул – со двора долетел громкий голос бригадира, желавшего знать, куда запропастился Старридж и почему чертов мост до сих пор еще не взорван. – Чтоб его…
Шарп спустился вниз. Мун гарцевал по двору на трофейной лошади, красуясь перед француженками, которые собрались у восточной стены, куда Буллен распорядился прикатить тележку. Шарп приказал снять узлы и подать тележку к складу с боеприпасами, где Харпер с полудюжиной парней загрузил ее порохом. Сверху порох замаскировали тряпками.
– Это чтоб они бочки не увидели, – объяснил капитан.
– То есть для маскировки? – уточнил сержант.
– Да. Если лягушатники увидят, что мы везем по мосту порох, что, по-твоему, они сделают?
– Им это не понравится, сэр.
