Ему показалось, что сейчас он почувствовал то разочарование, которое испытал в тот момент, когда он, будучи мальчишкой, наконец не выдержал и заорал, что сейчас его очередь, одновременно схватив одного из парней за волосы, после чего тот упал на спину. Остальные из этой компании с такими же рисунками на спине кожаных курток, зааплодировали и поставили его на табурет, с которого он смог наконец пострелять в фигурки животных.
И вот это случилось снова. Как будто время зацепилось за что-то и попало в петлю, теперь уже другой мальчик стоял, ожидая своей очереди, в то время как кучка пьяных идиотов оттесняла его. Ему захотелось подойти и вонзить нож в каждого из них. Но, к сожалению, их час еще не настал. Поэтому он вышел вперед и похлопал самого большого из них по плечу.
Мужчина обернулся и попытался оценить его затуманенным взглядом.
— Что, черт возьми, ты делаешь, чертов китаец?
— Правила существуют для того, чтобы им следовать, — спокойно сказал он. — Одно из них заключается в том, что каждый должен ждать своей очереди.
Мужчина прочистил горло и попытался собраться с мыслями. Видимо, где-то в алкогольном тумане он все же понял, что китаец говорит совершенно серьезно и настроен решительно, поэтому он сплюнул на землю и сделал шаг в сторону, чтобы мальчик мог пройти вперед и взять винтовку.
Когда время истекло и ружье погасло, он протянул мальчику двадцать крон, чтобы тот смог пройти еще один раунд. Но мальчик покачал головой, и прежде чем он успел среагировать, растворился в толпе.
Милвох поспешил следом и столкнулся с несколькими людьми, пробираясь сквозь толпу. Такого в правилах не было. Этого просто не должно было случиться. У него было несколько шансов выполнить задание. Вместо этого он позволил себе погрузиться в паутину какой-то липкой ностальгии и оказался полностью ослеплен.
Одна из возможностей заключалась в том, что он мог выбрать кого-то другого. Повсюду он видел потенциальных жертв с чем-то красным на одежде. В правилах ничего не говорилось об этом, как и о том, что делать в возникшей ситуации. Но в глубине души он знал, что все было задумано именно так. Первый, кого он увидел, и был
Наконец он снова увидел красные шорты, как раз перед тем, как они исчезли в «Чистилище». Этот аттракцион напоминал ему «Дом страха» с движущимися лестницами, подвесными мостами и вращающимися туннелями. Лучше всего было то, что там можно было оставаться столько, сколько захочешь. Теперь же он вспомнил о спертом воздухе внутри этого аттракциона, громких криках детей и о мальчике.
Конечно, теперь «Чистилище» казалось ему значительно меньше, чем в прошлый раз, когда он был здесь, но все равно оно было достаточно большим, и в худшем случае на поиски мальчика могло уйти несколько часов.
— Почему вы все время преследуете меня?
Голос позади него прозвучал выше, чем он ожидал, и, обернувшись, он был поражен тем, что мальчик, возможно, был даже младше, чем он себе представлял. В это же мгновение любые сомнения, которые могли у него появиться, показались совершенно неуместными.
— Ты напоминаешь мне меня самого, когда я был здесь в твоем возрасте. Дело только в этом, я думаю.
Мальчик задумался и наконец кивнул.
— Но тогда, может быть, вам стоит прекратить это делать, потому что мне это не нравится. Совсем не нравится.
— Конечно, — сказал он и кивнул. — При одном условии. Что я могу тебя обнять.
Мальчик инстинктивно сделал шаг назад.
— Возможно, ты не понимаешь, но я здесь только для того, чтобы круг наконец замкнулся, и когда я увидел тебя, мне показалось, что я вижу себя в детстве.
— Вы уверены, что после этого оставите меня в покое? — спросил мальчик и сглотнул.
Он кивнул и улыбнулся.
— Обещаю.
— Честно-честно?
— Честно-честно.
— О’кей. — Мальчик сделал шаг вперед и обнял его, и в то же мгновение кончик шприца проткнул хлопчатобумажную ткань футболки, а затем вошел в кожу над бедром. Ребенок вздрогнул.
Все это продолжалось всего несколько секунд, но ему показалось, что прошла целая вечность, пока он крепко держал его в объятиях, чтобы успеть ввести все содержимое шприца, прежде чем позволить ему убежать.
Фабиан шел быстрым шагом, стараясь ни в кого не врезаться. Иногда он переходил на бег, иногда ему приходилось делать большой крюк, чтобы обойти какую-нибудь компанию, но все это время он находился в постоянном движении, в то же время стараясь смотреть во все стороны, чтобы охватить взглядом как можно большую территорию.
Важно было не зацикливаться на посторонних деталях, а только на том, что отличалось от нормы. Что бы это ни было. Большая часть того, на что он реагировал, была совершенно нормальной для такого крупного парка развлечений.
