Подозрение возникло в самый последний момент, но он отмахнулся от него, надеясь, что оно было ложным. Он все еще надеялся, что это Понтус Милвох лежит там, свернувшись калачиком, не в состоянии защитить себя. Что все это наконец закончится.
Но его подозрение оказалось верным с самого начала.
Надувная лодка блуждала по волнам. Она была пуста. Свернутое черное теплое одеяло и бутылка с водой были единственными признаками того, что когда-то на борту кто-то был.
Почти половина четвертого утра, а это означало, что Фабиан был на ногах уже около суток, неудивительно, что он чувствовал усталость. Но не это было причиной того, что он имел отсутствующий вид и почти ни слова не слышал из сказанного Утесом и Лильей.
— Таким образом, у него было два варианта: либо опустить голову под воду и захлебнуться, либо подождать, пока ванна наполнится до кабелей и вода начнет проводить ток, — сказал Утес и налил кофе в чашку.
Его мысли занимало нечто совершенно другое.
— Какой именно вариант он выбрал, выяснится, как только Коса закончит обследование. — Лилья повернулась к Фабиану и помахала рукой у него перед лицом. — Ау! Ты спишь, что ли?
Фабиан помотал головой и попытался изобразить вовлеченность в разговор.
— Так или иначе, — продолжал Утес, — когда нам сказали, что Милвох, скорее всего, утонул, нам показалось, что лучшее, что мы можем сделать, — это отправиться домой и наконец-то выспаться.
— И мы уже собрались выключить свет и поехать по домам, — добавила Лилья.
Поначалу идея была настолько нежизнеспособной, как будто в ней совсем не за что зацепиться. У него было какое-то предчувствие, но он решил, что просто показалось, что он просто слишком устал и крайне разочарован, и, кроме того, за весь день ни разу не поел.
— И тут меня вдруг осенило, — продолжала Лилья, повернувшись к доске, на которой были написаны одни и те же буквы, но в разных сочетаниях. — Оказалось, что Милвох уже один раз переставлял буквы в своей фамилии.
Эта мысль пришла ему в голову в тот самый момент, когда им позвонили из береговой охраны и сообщили о нападении на «Халлбер Расси», которая находилась посередине пролива Эресунн.
Лилья вздохнула.
— Я что, одна здесь не сплю?
— Нет-нет, я слушаю, — Фабиан попытался отстраниться от своих мыслей. — Ты говоришь о Милвохе, который, если я правильно тебя понял, снова сменил фамилию. Значит, на самом деле у него совсем другая фамилия или как?
— Не совсем. С тех пор, как он получил убежище в Швеции, его фамилия Милвох. Но…
— И вот тут-то становится по-настоящему интересно, — вставил Утес.
Но это было трудно, скорее даже невозможно. Что-то не сходилось, когда речь шла о времени убийства в ванной и событиях в проливе.
— Дело в том, что Милвох не в первый раз появился в Швеции, — продолжала Лилья. — На самом деле он вырос в Сконе и прожил здесь большую часть жизни.
— Ирен, — встрял Утес. — Я думаю, будет лучше, если ты начнешь с самого начала.
— Ладно, прости. Как вам известно, он взял напрокат машину, которую потом припарковал возле прачечной, в которой был убит Муниф Ганем, из-за этого мы вызывали его на допрос. Тогда он назвался Понтусом Хольмвиком, как было написано и в его фальшивых правах. — Лилья повернулась к доске и указала на несколько букв со стрелками крест-накрест. — Примерно через неделю после допроса Утес заметил, что буквы в этой фамилии те же, что и на почтовом ящике квартиры, которая находится по соседству с той, что я недавно сняла. А именно:
Фабиан кивнул.
— А теперь выясняется, что комбинаций на самом деле еще больше.
— Пять тысяч сорок, если быть точным, — сказал Утес. — Между прочим, это называется перестановками, так как относится к вычислениям факториала.
— Как ты понимаешь, мы проконсультировались у Муландера, — сказала Лилья. — Дело еще и в том, что существует перестановка, которая немного интереснее остальных. Вот эта. — Она подчеркнула фамилию
Фабиану ничего не оставалось, как покачать головой.
— Ну ты что? Викхольм! Разве ты не помнишь? Сони Викхольм.
Лилья была права. На самом деле было что-то в этой фамилии знакомое. Он уже встречал ее в каком-то расследовании.
— Сони Викхольм — это имя и фамилия разносчицы газеты, которая нашла твоего бывшего одноклассника Сета Корхедена, тот был убит прямо в своем доме. Ну ты помнишь, которому отрезали усы.
Фабиан кивнул.
— А разве это не она вела съемку на вилле Юхана Халена в Викене?
— Именно, и это привело к тому, что где-то месяц назад мы нашли ее в могиле неподалеку от Мерарпа.
— Хорошо, но какое отношение она имеет к нашему преступнику?
— Они брат и сестра. — Лилья развела руками. — Брата Сони Викхольм зовут или звали Понтус Хао Викхольм. Они были вместе усыновлены из Китая Инг-Мари и Борье Викхольм из Поарпа. Это просто сумасшествие! Прошлой весной я даже была у них дома и просматривала содержимое коробок с вещами детей, они хранились на чердаке. В одной из них лежали его вещи, и знаете, что там было?
Фабиан покачал головой.
