100 слов психоанализа полностью

В «психической реальности» именно реальность таит в себе загадку. Простота слов, смещая иерархию, установленную между реальным и воображаемым, обратно пропорциональна сложности ее понимания. Каким образом «безумная» реальность фантазма^* приводит к победе над реальностью разума? Достаточно вспомнить о членах комиссий различных психологических экспертиз, подтолкнувших правосудие к совершению непоправимых трагических ошибок, поскольку они были введены в заблуждение психической реальностью. Чем менее осознан фантазм^*, чем больше он бессознателен, тем больше он нас побуждает к тому или иному выбору или отказу, тем больше мы говорим и действуем под его влиянием, тем больше его реальность становится нашей реальностью, тем больше внутреннее подает команду внешнему, внутреннее приказывает внешнему. Бессознательные репрезентации подобны вещам, они, словно клубок желаний и тревог, принуждают материальную реальность принять их собственную реальность, по меньшей мере, везде, где это возможно; при психозе^*, где их успех грандиозен, они вообще сметают все на своем пути.

Противник, подлежащий вытеснению, атака на линии защиты, яростное сопротивление… психическая жизнь – это хроника конфликтов. Столкновения между Я и внешней реальностью неизбежны, но главный антагонизм проявляется по отношению к внутреннему врагу, от которого невозможно сбежать и которого невозможно победить. Ты должен подчиняться ему, компрометировать себя, договариваться… а иногда даже освобождаться, когда вытесненное^* вновь возвращается.

Психическая личность разделена, даже если Я^* с его явным предпочтением синтеза прилагает усилия для того, чтобы поддерживать относительное единство. Равновесие является еще более хрупким, если учесть, что противник обладает множеством лиц. Одно лицо – это Сверх-Я^*, принимающее форму непреклонной авторитарности, давящей как чугунный гнет на жизнь и удовольствия, подобно кальвинистскому богу. Другое лицо – это Оно^*, выражающее безудержное влечение, желающее «прямо сейчас, немедленно»; ему требуется удовлетворение, не ведающее никаких границ. Между Кальвином и Дионисом… то, что история разделяет, Психея воссоединяет.

К счастью, остается еще одна уловка, уловка юмористического бессознательного. Жюльен – молодой, высоконравственный мужчина. Влюбленный и верный своей партнерше, он сопротивляется всему, что он чувствует в себе, что ощущается им как желание, испытываемое им ко «всем женщинам». И особенно к последней, милашке, только что поступившей к ним на службу; именно к ней с ее вызывающим декольте. Он избегает смотреть на нее, а если некуда деваться, «завязывает себе глаза»!

Запрос на анализ может быть связан с повторяющимися любовными разочарованиями и неудачами, колеблющейся сексуальной ориентацией, афонией, возникающей каждый раз перед публичным выступлением, страданиями из-за мрачной и несуразной жизни, нестабильной эрекцией, неуемной, заполняющей всю вселенную матерью, никогда не проявлявшим любви отцом, смертью близкого человека, неудавшимися попытками зачать ребенка, отвращением к половой жизни, сексуальной аддикцией, не оставляющей никакого места для чего-то другого, тяжелой соматической болезнью, обострением тревоги^* после удачного лечения фобии^* с помощью поведенческой психотерапии, депрессивностью, гасящей все порывы и устремления, неустанной ревностью. На анализ приходят также из-за так никогда и не написанной книги, из-за так никогда и не найденного кого-то, кто мог бы выслушать… обращения к психоанализу неразрывно связаны с опытом человека. Нам кажется, что несчастья приходят извне – «ад находится снаружи», но мы инстинктивно чувствуем, что существуем не просто так, что живем для чего-то, что мы что-то можем изменить, что мы сами должны измениться внутри, чтобы изменения произошли и снаружи. Сами того не ведая, мы приходим на психоанализ, чтобы изменить прошлое, переписать свою историю, выявить ненависть^*, скрывающуюся за показной (или инверсированной) любовью^*, чтобы найти в своих неприятностях и неудачах тайное удовольствие, обнаружить собственную каббалу, в которую заключили себя сами и которую не желаем покинуть. Одно из непредсказуемых последствий обращения к аналитику состоит в обретении немного большей свободы, чем раньше.