Тот, кто полагает, что в футбольном матче участвуют лишь двадцать два футболиста, по одиннадцать от каждой команды, ошибаются — на самом деле непосредственное участие в игре принимают еще два человека — тренеры команд. Они с первой и до последней секунды матча руководят игрой и переживают каждый ее эпизод. Как и в любой профессии, среди футбольных тренеров были и есть поистине великие люди. Некоторые из них вошли в историю футбола своими эпохальными открытиями, меняющими саму суть Великой игры.
Тот, кто полагает, что в футбольном матче участвуют лишь двадцать два футболиста, по одиннадцать от каждой команды, ошибается — на самом деле самое непосредственное участие в игре принимают еще два человека (впрочем, по справедливости к ним следует еще прибавить их помощников), хотя на поле они и не выходят. Эти люди с первой и до последней секунды матча тоже в игре, переживают каждый ее эпизод, и телеоператорам нравится показывать их в моменты тех или иных игровых коллизий.
Ведут эти люди себя по-разному: одни всегда внешне невозмутимы, другие кипят от негодования при судейском решении, которое кажется им ошибочным, или когда тот или иной игрок их собственной команды допускает ошибку. Одни весь матч спокойно сидят на месте, другие то и дело вскакивают, подбегают к самой кромке поля, чтобы высказать футболистам и судьям все, что о них думают. Иной раз такое поведение кажется судьям настолько недопустимым, что они даже удаляют этих горячих голов с их мест, словно игроков с поля, и те уходят на трибуны, все еще кипя эмоциями.
Эти люди, такие разные — тренеры футбольных команд. Это они вместе со своими помощниками придумывают упражнения для тренировочных занятий, ломают головы над составами, учитывая индивидуальные особенности своих игроков, изучают манеру игры соперников, чтобы нейтрализовать их сильные стороны и использовать слабые. Это они стараются подвести свою команду к пику формы в решающий момент футбольного турнира, настраивают футболистов на победу психологическими беседами, терпят нападки болельщиков и журналистов, которые рассматривают их работу, что называется, под микроскопом. Это они изобретают тактические новинки или наполняют новым содержанием уже известные схемы, готовят противнику сюрпризы и ловушки, давая своим игрокам командные и индивидуальные задания, и, наконец, вместе с футболистами одерживают победы или терпят поражения.
А еще они прекрасно осознают, что профессия тренера — одна из самых неблагодарных и несправедливых, какие только существуют. Потому что вчерашнего триумфатора могут отправить в отставку, едва только руководимый им футбольный ансамбль начнет давать малейшие сбои, а это возможно по многим причинам, которые далеко не всегда зависят от тренера, хотя бы из-за травм ведущих игроков. От неудачи в самом главном матче никто не застрахован, ее причиной может стать хотя бы неожиданный рикошет мяча или еще какая-нибудь нелепая случайность. Да и вообще у любого тренера даже с одними и теми же футболистами периоды взлетов обязательно сменяются периодами падений.
Впрочем, иные из тренеров даже рады возможности начать работу с новой командой. С той, прежней, они добились всего, что могли (или, напротив, чего то не смогли), и теперь впереди трудный, но увлекательный путь создания и совершенствования нового тончайшего футбольного механизма с чистого листа. Так что тренер, помимо всего прочего, это профессия кочевая — работать приходится в разных городах, странах, а то и на разных континентах. И еще неизвестно, сколько времени проведешь в новом клубе, может, всего один сезон, а то и меньше…
Как и в любой другой профессии, среди тренеров были и есть поистине великие люди. Некоторые из великих тренеров вошли в историю футбола своими эпохальными открытиями, меняющими саму суть великой Игры, каким было, например, изобретение легендарной системы «дубль-ве», сделанное тренером лондонского «Арсенала» Гербертом Чепменом. В начале 30-х годов прошлого века эта система оказалась самой прогрессивной — команды, освоившие такую расстановку игроков, сразу получили преимущество перед другими, по-прежнему игравшими «пять в линию». Но пришло время, и в соревновании футбольных идей «дубль-ве» пришлось отступить перед еще более совершенной схемой 4–2–4, потом появились схемы 4–3–3, 4–4–2, 3–5–2, 4–5–1… перечень можно продолжать.
Однако тем-то и интересен футбол, что математически точных схем в нем не существует. Любую из них можно видоизменить и модернизировать в зависимости от того, какими футболистами располагаешь, как это и делали многие другие великие тренеры, добиваясь при этом самых больших успехов. А можно и вовсе опровергнуть все уже известные тактические схемы, поразив футбольный мир совсем уж невероятной новинкой, например, «тотальным футболом», предложенным в 70-х годах еще одним великим тренером — голландцем Ринусом Михелсом…
