Однако деньги водятся даже в таком захолустье, где появился на свет Тит Флавий. А его отец знал деньгам счет. Они шли к нему. Не будучи стесненным в средствах, отец сумел дать сыну хорошее образование. Тот поступил на военную службу и со временем достиг в армии командных высот.
Уже к сорока годам, при императоре Клавдии, Веспасиан отличился, командуя легионом в Британии. Светоний в «Жизни двенадцати цезарей» перечисляет его подвиги так, словно зачитывает сводку римского бюро информации:
При Клавдии же он стал и консулом в 51 г. При Нероне получил должность наместника (проконсула) провинции Африка (она занимала территорию современного Северного Туниса и Западной Ливии). Известно, что римские наместники кормились от своих провинций, нещадно разоряя их. Веспасиан отличился и здесь. Он честно управлял вверенной ему областью, не заботясь о том, чтобы разбогатеть. Умеренность, порядочность, справедливость – вот девиз его правления Африкой.
Если бы не финансовые средства брата, который помогал Веспасиану сводить концы с концами, не впадая в жестокую нужду, истории был бы явлен удивительный пример того, как нищий человек твердо и разумно управляет богатой провинцией (по словам Светония, Веспасиан
Когда незадолго до смерти Нерон покинул Рим, чтобы полтора года путешествовать по Греции, он призвал Веспасиана сопровождать себя. У Нерона было много неприятных, смешных, отвратительных качеств, но в людях он, ученик философа Сенеки, хоть отчасти разбирался. Он чувствовал, что этого дельного, неподкупного служаки Веспасиана ему опасаться нечего. Самодур Нерон стерпел даже в тот неприличный момент, когда во время одного из концертов, которые так любил давать император-артист, его пение прервал мощный храп подуставшего, заснувшего Веспасиана.
Однако этот «сон в летнюю ночь» на концерте Нерона вроде бы ничему не научил честного воина. Все повторилось. Он опять заснул под пение императора и этим, как пишет Светоний,
В 67 г., когда в Иудее вспыхнуло крупное восстание, получившее впоследствии название Иудейской войны, успокоить непокорную провинцию был послан Веспасиан.
Однако, завидев беду за тысячи километров, Нерон проглядел ее у порога дома. Мятеж вспыхнул и в Риме. Спастись было уже нельзя. Император расстался с жизнью.
Когда преемники Нерона целый год убивали друг друга, деля власть над Римом, про Веспасиана, похоже, забыли. У этих временщиков на троне руки были слишком коротки, чтобы дотянуться до одной из восточных провинций, где жил этот видный политик, друг свергнутого деспота. В конце той трагедии Веспасиан появился на политической сцене сам, со своей армией, как честный вояка Фортинбрас в финале «Гамлета», чтобы убрать горы трупов и взять на свое попечение огромную страну, уставшую от смут и потрясений, готовую распасться на части. Опираясь на верные ему войска, Веспасиан сверг самозванца, стал царствовать трезво, строго, справедливо, восстановив нахально попранные закон и порядок. А Иудейскую войну успешно завершил его сын Тит, принявший командование армией, осаждавшей Иерусалим.
По меркам того времени Веспасиан был старик – но умный, крепкий старик. Он был человеком долга, устроителем государства. Он принялся наводить порядок в прогнившей державе. Его деятельность подготовила расцвет Римской империи во II в. – империи Траяна, Адриана, Антонина Пия, Марка Аврелия. Скрепленная этим хозяйственником страна неколебимо простояла целых сто лет, прежде чем во второй половине II в. вновь начались бедствия.
А еще Веспасиан был блистательным финансистом, «бухгалтером на троне». Ведь он вырос в семье человека, ворочавшего крупными деньгами. Казалось бы, забытый детский опыт, детские наблюдения пробудились вдруг в императоре. Он умел и считать деньги, и зарабатывать их.
В современной терминологии Веспасиана следовало бы назвать великим кризисным менеджером. Многим нынешним министрам экономики следовало бы поучиться у него тому, как привести к процветанию государство с совершенно расстроенной финансовой системой.
