Больше всего мне нравилось целоваться. Мне казалось, я научилась делать это как следует… Ты с ним целуешься, а он дрожит, хочет, а ты отказываешь, прощаешься с ним. Потом новый – с ним то же самое. Он приглашает в ресторан, надеется… И его кидаешь. Только потом я узнала, что это «динамизм». Я выкрикивала: «Руки прочь от гениталий!» Некоторые пугались и спрашивали: «Что это такое?»
Иногда я допускала, чтобы он меня раздевал, сам был бы обнаженным. Вместе кувыркались в постели, но в ту самую щелочку, о которой я узнала во втором классе, – ни-ни… Чем больше ему хотелось, тем суровее звучал мой отказ. Чем больше он уговаривал, тем приятнее мне становилось, что я одерживала победу и выпроваживала очередного ухажера за дверь.
Во время кувырканий я наконец поняла, где у меня эрогенные зоны. Казалось, что везде. Я стала экспериментировать – искала эрогенные зоны у партнеров. Мне нравилось исследовать мужское тело от макушки до кончиков пальцев. Жать, массировать, пощипывать, поглаживать и смотреть, какая и на что у них реакция.
К концу первого курса я влюбилась. Началось все как обычно. Переглядывания, знакомство, кино, прогулки, рестораны, поцелуи. И во время одного из кувырканий я лишилась девственности. Он не уговаривал долго. Я все разрешила сама. Ему было 26. Мне 18. Оба жили в общежитии.
Ощущение от первого раза? Думала, что это интереснее. Я разозлилась, причем не на себя, а на него. Неужели я фригидная женщина – ничего не ощутила?
«О-о, – засмеялся он, – если б все женщины были так фригидны!»
И мы снова начали кувыркаться.
Я потребовала: если хочет продолжения со мной, пусть снимает квартиру. И он ее снял.
Он оказался прекрасным воспитателем, если говорить о сексе. Сначала я стеснялась заниматься этим при свете, но он приучил. Обучал разным позам. Но большей частью я доходила до всего сама, мне нравилось экспериментировать. Мы совокуплялись по два раза в ночь, не больше. Мне хотелось еще, но он произносил смешную фразу: «Ямщик, не гони лошадей!» – и я тут же охладевала.
Однажды, не помню из-за чего, я на него разозлилась, устроила ему сцену, и мы расстались.
На втором курсе возник еще один роман. Я для него была на втором месте после учебы и его общественной работы. Два месяца мы встречались. Он мало уделял мне внимания, и я поняла: ничего серьезного не получится. «Привет, до свидания, не поминай лихом», – сказала на прощание.
Он не удовлетворял меня сексуально, но я ему не говорила об этом.
В конце второго курса я уезжала на практику в Саратов. На вокзале познакомилась с молодым человеком и поняла, что влюбилась. Мы вместе брали билеты и оказались в одном купе. Нам повезло: в купе мы были одни. Целовались, разговаривали, но никаких поползновений идти дальше с его стороны почему-то не последовало.
С практики возвращались тоже вместе. Он купил билеты в двухместное купе. Тогда и состоялась ночь любви. Господи, что он только не вытворял с моим и своим телом! Как только мы не кувыркались! Он показывал мне позу за позой, не приходя к финишу, и мне хотелось еще и еще. Проводник утром стучал в купе, а мы не открывали.
Странно: мы вернулись в Москву, и у нас тут же все прекратилось. То ли он в кого-то влюбился, то ли надоел мне. Я не анализировала. Тем более что у меня внезапно возник новый роман. С геологом. Я практически поселилась у него. Так хорошо, как с ним, не было никогда прежде.
Это не человек – машина, мог часами, а я изнемогала, уже ничего не хотела, только бы отдохнуть, но он продолжал и продолжал. Через полчаса перерыва мне снова хотелось – и он мог любить опять.
Он приучил меня к минету. После чего сразу сунул мне в рот шоколадку: «Закуси, пусть у тебя возникнут приятные ассоциации». И именно вкус шоколадки запомнился.
У него маленький член, но как он умел им работать!
Когда случайно узнала, что я не одна у него, мы расстались.
Как-то, загорая на пляже, познакомилась с прибалтом. С ним занималась нормальным, почти семейным сексом. Хорошо мне. Хорошо ему.
Что приятно, он относился к сексу как к божеству. Каждый раз это был танец. Он все делал невероятно красиво. Научил меня управлять мышцами бедер, влагалища. Я попробовала, и это стало приносить большое удовольствие. Он придумывал разнообразные позы: в шпагате, в мостике, прогибаясь.
Именно с ним я подзалетела, сделала аборт. Никогда не предохранялась, просто высчитывала дни. И все проходило хорошо. Почему тогда подзалетела, до сих пор не понимаю.
И вот мне 22 года. Я одна. Никогда не рассказывала родителям о том, что меня беспокоило, хотя они, наверное, могли мне что-то посоветовать. Я редко спрашиваю подруг, как и что у них. И редко рассказываю о себе. Зачем?
Она замолчала и вопросительно посмотрела на меня. Что я мог ей сказать? Говорят, все мы родом из детства.
