— Что⁈ — рявкнула она, внезапно обернувшись. — Это ОН расстроился⁈ ОН⁈ А я, по-твоему, что, радуюсь тому, что он тут натворил⁈
Дед осекся и вжал голову в плечи, заметив, как нависшее надо мной облако из множества молний плавно развернулось и преобразовалось в фигуру стабильности. Но мгновенно вышедшая из себя бабка этого не замечала, поэтому продолжала стоять над ним и орать.
— Это ты виноват, что так получилось! Это из-за тебя у нас полдома превратилось в пепелище! Дети напуганы! Сына чуть не убили! А этот сопляк…
Мои молнии по мере того, как бабкин голос все больше срывался на истеричный визг, встрепенулись и угрожающе загудели.
— Это ты все порывался с ним сюсюкать и воспитывать как собственных детей! А я с самого начала говорила, что он — Сельенкино отродье! И характерец у него точь-в-точь как у нее!..
Я, даже не открывая глаз, увидел, как печально сникла дедова аура, словно он окончательно сдался, не имея ни сил, ни желания защищать ни себя, ни тем более меня. Бабка его за это еще несколько мэнов[2] мстительно гнобила, прямо у меня на глазах унижая и втаптывая в грязь его и без того упавшую в ноль самооценку. А когда вдоволь насладилась видом всецело покорного ей, безропотно опустившего голову мужа, снова обернулась в мою сторону и при виде структурированной магической фигуры зло процедила:
— Что? Думаешь, я твоей магии вшивой испугаюсь? С крысой твоей не справлюсь⁈ Или что за все эти фокусы тебе ничего потом не будет⁈
Я снова ее демонстративно проигнорировал. А в качестве ответа одну из молний подкинул высоко в воздух, где она и взорвалась, осветив небо яркими искрами и устроив такой фейерверк, что, наверное, из центра города было видно.
Бабка после этого окончательно уверилась, что над ней издеваются, и, закатав рукава, решительно потопала в мою сторону.
— Я тебе покажу, как бабушке угрожать… я тебе сейчас такое устрою… ты у меня шелковым станешь! По стеночке ходить будешь, как остальные, и рот без приказа не откроешь!
Я только мысленно хмыкнул, подумав про себя, что бабка-то у меня, оказывается, великая фантазерка. Но глаз все равно не открыл. А как только достопочтимая лаира Вохш подошла на расстояние в несколько шагов, мои молнии дружно сорвались с места и с такой силой ударили в землю прямо у нее перед носом, что бабка сперва вскрикнула, взвизгнула, всплеснула руками, когда ее обдало целым сонмом вырванных из земли комьев. Затем попыталась прорваться снова, обозвав меня нехорошими словами. А когда поняла, что я ее к себе по-любому не подпущу, в сердцах швырнула в меня грязное полотенце.
— Мерзкий ублюдок!
Хлоп!
Полотенце испарилось, не успев пролететь даже половину расстояния.
— Отвратительный клайр! — швырнула в меня тапок бабка. Но тот тоже оказался мгновенно уничтожен ощетинившимися молниями.
Ее это, правда, не смутило, поэтому она, продолжая сыпать проклятиями, кинула в меня сначала второй тапок, потом — нашедшуюся на земле палку. И даже за камнем не погнушалась потянуться, кажется, совсем забыв, что двор — это не дом, и весь он со стороны соседей благополучно просматривается. Слышимость там тоже была ого-го. Ну а иллюминация, которую я устроил, тем более должна была привлечь внимание, поэтому я совсем не удивился, когда из-за дальнего дома бесшумно вывернулся ардэ со знаками службы магического правопорядка на капоте. После чего так же тихо пролетел над всей улицей, завис аккурат над нашими воротами, а потом плавно опустился прямо во дворе, заставив вошедшую в раж бабку запоздало осечься, а деда — удивленно вскинуть голову.
— Что здесь происходит? — сухо осведомился один из двоих вышедших из машины мужчин в форме и с аурами прирожденных магов. — К нам поступил сигнал о бесконтрольном использовании магии на территории дома под номером три по Семейной улице и одновременно сведения о грубом нарушении общественного правопорядка.
Бабка, будучи все еще раздраженной, сердито тряхнула головой.
— Это не моя вина, лэны. Это все мой внук… он напал на нас с дедом. Угрожал нам обоим магией. Бесчинствовал в доме. Чуть не поранил детей. А теперь сидит тут, как… как паук! — в запале выдала она, гневно сверкнув глазами. — И наотрез отказывается подчиняться!
Тхаэры хмуро оглядели окружившую меня конструкцию, но молнии лишь настороженно гудели, не порываясь больше ни в кого стрелять.
— Лэн? Вы меня слышите?
Я, не открывая глаз, кивнул.
— Слышу, конечно. Добрый день, лэны.
— Как вас зовут? — несколько успокоились господа тхаэры, увидев, что я адекватный, вменяемый, да еще и про вежливость не забыл.
— Адрэа Гурто.
Патрульные быстро сверились с данными на своем планшете и озадаченно кашлянули, получив на меня полное досье.
— Эм. Вы тот самый лэн Гурто, что учится в Первой военно-магической академии, параллельно обучается в школе Харрантао, и чьими учителями являются великий мастер Даэ Хатхэ, мастер Норхо-Хатхэ и лэн Ноэм Даорн?
— Так точно.
Тхаэры быстро переглянулись.
— Не могли бы вы подтвердить свою личность с помощью идентификатора?
Я хмыкнул.
— Его забрала моя бабушка. Можете взять у нее и все проверить.
