В нашем мире коэффициент интеллекта решает все — где ты будешь жить, работать, и даже с кем сможешь создать семью. Доктрина разделяет граждан на три сектора. Если ты представитель «доминирующего класса», то твоя судьба служить обществу в качестве рабочего, мелкого служащего или солдата. Если ты поуумнее, то обязан взять на себя больше ответственности и занять должность руководителя или квалифицированного специалиста. Интеллектуальная элита нашего общества отвечает за политическое руководство и науку. Доктрина говорит, что все граждане равны. Не важно, что и где ты делаешь, главное, что на своем месте ты приносишь максимальную пользу обществу. Доктрина справедлива, гуманна, эффективна и проверена временем. Меня в Доктрине устраивало все. Пока вдруг не выяснилось, что система определила меня и мою возлюбленную в разные сектора, разделив нас невидимым, но непреодолимым барьером.
Мои ладони давно вспотели, шея затекла от напряжения, затылок давило. Я старался не терять концентрацию и читать как можно быстрее, но от моих усилий, похоже, становилось только хуже. Смысл вопросов то и дело ускользал, и мне приходилось перечитывать их по нескольку раз. Я давно слышал за спиной шум вращающихся кресел, и это нервировало еще больше. Многие мои одноклассники уже закончили с Финальным тестом и теперь насмешливо осматривали неудачников вроде меня, все еще сражающихся с бесконечными вопросами.
Б или Д? Я наудачу ткнул в ответ Д, надеясь успеть ответить на еще хотя бы один вопрос. «Какой элемент является…» успел прочесть я, когда на экране появилась красная надпись: «Время тестирования закончилось».
Я прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла, чувствуя, как по правому виску течет капля пота. Вот и все. Финальное тестирование — тот момент истины, который определяет судьбу каждого гражданина. В нашем мире твой коэффициент интеллекта решает все — где ты будешь жить, работать, даже с кем сможешь создать семью. Восемьдесят процентов граждан имеют коэффициент интеллекта от 70 до 114 баллов. Они составляют то, что в учебниках толерантно называют «доминирующий класс», и населяют сектор А.
Сектор А — это рабочие всех отраслей и мелкие служащие. В руководители, судьи, офицеры, учителя, журналисты и тому подобное жителям сектора А никогда не попасть. Это прерогатива граждан сектора Б, тех, кто сумел показать на Финальном тестировании результат в 115 баллов и выше.
Ну а если уж гражданин сумел набрать 150 баллов, ему даруется доступ в сектор В — обитель высшего руководства и ученых. Таких гениев меньше процента.
Нашему выпуску несказанно повезло, у нас их целых трое: Тео Фандбир, его двоюродная сестра Франческа и мой лучший друг — Фред Якубовский.
Конечно, Финальный тест не единственная шкала оценки, ему предшествуют еще два: на эмоционально-волевые и творческие характеристики. Сильная воля открывает в секторе А дорогу в мастера и бригадиры, в секторе Б — к высшим армейским и политическим позициям, в секторе С — к Сенату и Капитулу.
У меня с волей все хорошо, 45 из 50. Вторую часть теста, на эмоциональный интеллект, я проходить не стал. Этот коэффициент нужен тем, кто интересуется психологией или педагогикой. Не для меня, как, кстати, и искусство, а жаль. Шкала «Творчество» — это вообще реактивный лифт, но тут у меня полный пролет. А те, у кого по этой шкале высокие баллы, могут оказаться в секторах Б и В и с минимумом по интеллекту. Тем более что все театры, галереи и концертные залы находятся именно там. Считается, что сектору А хватает и кинотеатров со стадионами. Нет, конечно, Центр искусств есть и в секторе А, Сенат настаивает, что искусство должно быть доступно всем, но особой популярностью постановки и выставки не пользуются.
Доктрина справедлива, гуманна, эффективна и проверена временем.
И тем не менее мне очень страшно открывать глаза, и я так и сижу зажмурившись. Подсчет результатов занимает секунды, и я знаю, что моя судьба уже давно на мониторе. Я сотни раз проходил подготовительные тесты, и иллюзий по поводу своих способностей не испытываю. 115 баллов мне удалось набрать только дважды, и это можно считать случайностью. Финальный тест — идеальный инструмент нашей системы, он построен так, что все случайности исключены, его не обманешь.
За спиной уже слышны разговоры и смех. Все обсуждают свои результаты, поздравляют друг друга, шутят. Больше тянуть нельзя — сейчас кто-нибудь, скорее всего Фред, подойдет ко мне. Я открываю глаза.
«Поздравляю Вас! Вы завершили Финальное тестирование. Ваш результат — 114 баллов».
Чуда не произошло. Я собрал всю свою 45-балльную волю в кулак и, сконструировав на лице улыбку, крутанулся в кресле, чтобы быть лицом к классу.
Мой взгляд самовольно нашел Камилу. Я не хотел на нее смотреть, но мои глаза отказывались повиноваться моей вроде как железной воле. Плевать они хотели на 45 баллов. Камила улыбалась, разговаривая с Татьяной. Накручивала на палец кончик своей косы — она часто так делала, и мне этот жест почему-то дико нравился. Я попытался рассмотреть цифры на ее мониторе. То ли 126, то ли 128. Неважно. Мне в любом случае не допрыгнуть. Камила поймала мой взгляд и улыбнулась до того, как я поспешно отвел глаза.
Фреди, мой дружбан, продолжал сидеть в кресле, как и я, рассматривая одноклассников. Похоже, Финальное тестирование достало и его. Обычно невозмутимый, Фред нервно грыз ногти. С чего бы это? С его мозгами сектор В ему был гарантирован.
Я проследил за взглядом Фреда и понял, почему он до сих пор не вертелся у моего кресла. Фред был занят. Делал вид, что не смотрит на Франческу Фандбир, почти ежесекундно то исподтишка поглядывая на нее, то отводя глаза. Боже, как с таким коэффициентом интеллекта можно быть таким идиотом?