День 11 июля 1191 года завершился пьяными песнями, грабежом города и ссорами королей, которые никак не могли поделить добычу.
Теперь следовало идти на Иерусалим.
Но сначала надо было решить спор между Конрадом и королем Гвидо. После отчаянной грызни было достигнуто соглашение: Гвидо до конца жизни останется королем Иерусалима, Конрад ему наследует. А пока Конраду отходят Тир, Бейрут и Сидон, тогда как Яффу получает брат Гвидо. Никому не нужный и никого не удовлетворивший раздел отражал неустойчивый баланс сил среди крестоносцев. Кстати, большинство этих городов находилось в руках Салах ад-Дина.
Ричард был героем войска. Это никак не устраивало французского короля. Он понимал, что Ричард, боготворимый воинами и купающийся в лучах славы, будет все более оттирать его от руководства походом. Дальнейшее пребывание Филиппа в лагере крестоносцев было чревато лишь унижениями. Изменить положение он был бессилен – на поле боя он не мог, да и не хотел тягаться с Ричардом. Он был королем, а не солдатом. Значит, отыграться он мог только в Европе. Пока Ричард занят в Палестине.
И через месяц после взятия Акки Филипп занемог.
Он не выходил из шатра, а его приближенные распространяли слухи, что король получает с родины письма, которые зовут его вернуться, но, верный христианскому долгу, Филипп предпочитает умереть в Палестине. Тем временем, втайне от Ричарда, Филипп вел приготовления к отплытию. Говорят, что Ричард узнал о его отъезде в Европу, когда король уже взошел на корабль. Филипп взял с собой большую и лучшую часть армии, оставив в Палестине лишь десять тысяч человек. Командовавший ими герцог Бургундский саботировал все решения английского короля и сочинял о нем насмешливые стихи. Правда, Ричард, который был не лишен поэтического дара, отвечал тем же.
Отъезд Филиппа встревожил Ричарда, потому что он понимал: соперник нападет на французские владения Англии. Джону Ричард не доверял, мать была стара. Но великая миссия освободителя Иерусалима все еще вела его к новым подвигам. На это король Филипп и рассчитывал.
Правда, Ричард стал торопиться, нервничать: если в первое время он изображал из себя истинного рыцаря, то в раздраженном состоянии совершил поступок не только отвратительный, но и чреватый бедой для крестоносного дела.
Когда миновал срок выплаты контрибуции и возвращения пленных, а Салах ад-Дин все тянул время, Ричард созвал тайный совет и, сломив сопротивление баронов, провел решение – казнить всех пленных, захваченных в Акке. Их было около трех тысяч.
Наутро в долину перед воротами Акки вывели толпу связанных пленников. Их окружили солдаты, и началось побоище. Приказано было обезглавить всех мусульман, но задача оказалась палачам не по плечу – в массе человеческих тел мечи застревали, и пленники валили на землю палачей. Тогда солдаты отошли назад и, опустив копья, бросились на толпу. Полдня продолжалось избиение, прежде чем был убит последний пленник. Громадная гора трупов осталась на пропитанной кровью земле.
Известие об этом злодеянии разнеслось по всем странам Востока.
Салах ад-Дин доказывал другим мусульманским государям, что крестоносцы – беспощадные звери, не знающие чести. Избиение пленных это доказало. Оно испугало тех эмиров, которые за два года уверились в том, что крестоносцы не опасны. По призыву багдадского халифа государи мусульманского мира начали присылать Салах ад-Дину подкрепления и деньги.
Вторым следствием избиения была гибель большинства христианских пленников, захваченных мусульманами. Произошли погромы среди христиан в мусульманских городах и деревнях.
Узнав о казни пленных, Филипп, который уже добрался до Италии, облегченно вздохнул. Его соперник делал все, чтобы проиграть войну. Филипп договорился с сыном Барбароссы, германским императором Генрихом, который покорял свои итальянские владения, о союзе против Ричарда.
Ричард Львиное Сердце ведет армию на Яффу
Битва при Арсуфе
Как утверждает хронист, «французский король добился от римского императора[12] обещания, что он возьмет в плен английского короля, если тот будет возвращаться из Палестины через подвластные императору земли».
Крестовый поход был еще в самом разгаре, но предусмотрительные политики принимали меры к тому, чтобы извлечь выгоду из его неизбежного провала.
Из Италии Филипп поспешил во Францию. Его гонцы мчались в Англию с письмами к принцу Джону. Король французский торопил Джона захватить престол.
В разгар лета 1191 года армия крестоносцев наконец двинулась в поход на Иерусалим. Путь к нему лежал по берегу моря, через горные перевалы. До Яффы, откуда можно было повернуть в глубь страны, к Иерусалиму, было около двухсот километров.
Днем люди страдали от жары и нехватки воды, ночью мерзли. То и дело налетали отряды сарацин, убивая отставших и грабя обозы.
