Заметив его, она растерялась, замедлила шаг и даже хотела свернуть и пойти другой дорогой, но собралась с духом и направилась прямиком к парням.
— Кто это? — не понял рьяную уверенность на лице девушки Брайан, а Итан лишь сдержано улыбнулся.
— Знаешь что? — подошла она. — Да, мы не стали друзьями и пусть один поход в парк ничего не изменил, но я просто хотела помочь, а ты в очередной раз повёл себя по-свински.
Она почти выкрикнула это. Без злобы, нет… а так, будто её это, правда, отчаянно волнует. А потом ушла, просто развернулась и направилась дальше.
Итан некоторое время смотрел ей в след, а потом взглянул на друга:
— Проболтаешься кому-нибудь, убью.
Брайан только засмеялся, подняв вверх руки.
Вернувшись в комнату, Нура по привычке взглянула в окно — джипа не было.
Мысленно отругав себя за это, открыла пачку фисташкового печенья и села за ноутбук.
Несколько сообщений от Сары, тётя Энни тоже писала. Девушка ответила обеим и зашла на сайт университета. Иногда она любила полистать нововведения и список будущих олимпиад. Потом позвонила Кристина, прислала смешную мордочку Мия, которая, оказывается, ещё вчера днём уехала с Бо к его родителям.
Часов в девять к Нуре заглянул парень из команды по боксу — Люк. Он не стал заходить, просто поинтересовался как дела и будет ли она продолжать дальше тренироваться. На что девушка неуверенно пожала плечами.
— Да брось, — засмеялся он. — Мы все через это проходили. Я месяц лежал в больнице с переломанным носом в прошлом году.
— Но я не хочу, чтобы мне ломали нос.
— Тогда тебе стоит заняться чем-то другим. Плаванием, например.
Нура поджала губы.
«Ага, конечно».
Люк ушёл. Девушка не успела дойти до своей кровати, на которой лежал открытый ноутбук с интересным фильмом на паузе, как в дверь вновь постучали. Она раздражённо простонала и пошла открывать, а распахнув дверь, в изумлении уставилась на Итана.
— Мне нужно с кем-то поговорить. — облокотился он о косяк, — Нет, не с кем-то, а с тобой. Можно войти? — вскинул брови, а она захлопала ресницами… но кивнула.
Он вошёл, она закрыла за ним дверь, обернулась растерянная… Итан остановился посреди комнаты, стал осматриваться… рассматривать её рисунки, приколотые цветными булавками на стене, фото в рамках у кровати, книги на столе… протянул руку и тронул раскрытую тетрадь.
— Ты спросила в порядке ли я… — обернулся он. — Так вот, вчера был… не очень хороший, а точнее… очень хреновый вечер.
— Мне жаль. — ответила Нура и шагнула ближе, — Ты пьян. — догадалась она.
— Если жизнь, как лимон, нужно просто добавить соли и текилы. — выудил он из-за пазухи небольшую металлическую фляжку. — Попробуешь?
Нура протянула руку. Открутив крышку, глотнула горький, с привкусом пряного шоколада напиток.
— Ой, — сморщила нос. — Крепкий.
Итан улыбнулся:
— Очень хороший виски.
Девушка вернула ему фляжку… он взял. Немного постоял, смотря ей в глаза, а потом усмехнулся (не с издёвкой, а просто, словно удивляясь самому себе), шагнул в сторону и опустился на пол у её кровати. Нура замешкалась на секунду, а затем проделала то же самое, села напротив, спиной к кровати Кристины.
— Вообще-то, я хотел извиниться. — посмотрел на неё Итан. — Прости, что обидел.
— Ты же знаешь, что это не имеет смысла, если ты сделаешь это снова? — спросила девушка и он сморщил нос:
— Нет. Больше не буду. Обещаю.
— Хорошо. Принято.
Они улыбнулись.
— Расскажешь в чём дело? — первой нарушила молчание она. — Ну, не знаю… не как другу, так, может, как… Представь, что я психолог.
— А семейный не поможет?
— Ну, конечно, — всплеснула руками девушка. — О чём это я?! У него есть семейный психолог.
— Да… — засмеялся парень. — За пятьсот баксов в неделю, он учит меня быть человеком. Я к нему не хожу.
— Но сейчас это необходимо, тебе нужно выговориться. Ты же сам сюда пришёл!
— Ну, хорошо, Зигмунд Фрейд.[3] — согласился он и рассказал кое-что об отношениях с отцом, об их войне за фамилию.
— Оливия, — говорил Итан. — Моя мать.
Он посмотрел на девушку и та кивнула:
— Твоя мачеха, да, я знаю.
— Знаешь? — удивился он и, немного помолчав, продолжил. — В общем, она очень переживает, а я не могу ничего поделать… Не могу ни отступить, ни придумать что-то иное, чтобы это всё, наконец, прекратилось. И мне непонятно, почему же он этого не понимает? Вчера он скупил все здания, в которые мы арендуем. И это… это тупик. Последнее, что он мог сделать, чтобы, по его мнению, поставить меня на место.
— Это ужасно. — тихо проговорила Нура.
Итан горестно улыбнулся.
— Я не мог в это поверить. Поэтому и сорвался вчера.
Он опустил глаза… тени длинных ресниц легли на скулы, а на руках, державших фляжку, побелели костяшки.
— Но, погоди, — хотела поддержать его девушка. — Ты всё ещё можешь придумать что-то. Смени это проклятое название, или возьми девичью фамилию матери — это его ошарашит и он отстанет. Ну же, Итан, ты же умный, подумай над этим!
— Думаю. — развеселила его её находчивость. — У меня вообще полно мыслей, включая неприличные.
— Уу, — прищурилась она. — Не сомневаюсь.
Он снова протянул ей виски. Она взяла.
