12 великих комедий полностью

Брассэт. Извините меня… вы позволите…

Джэк. Ничего не позволяю… я занят.

Брассэт. Очень хорошо. Я только… (Подходит к нему ближе).

Джэк. Говорят вам оставьте меня в покое.

Брассэт. Очень хорошо. (Нерешительно отодвигается к среднему столу).

Джэк. Это ни на что, наконец, не похоже! оборвал мое вдохновение на самом интересном месте! «Дорогая моя ненаглядная Китти» (Брассэт нечаянно роняет со среднего стола книги.) Вы еще здесь? чего вам от меня нужно? (Не смотрит на него).

Брассэт. Я на счет деньжонок!

Джэк. Все получите – не беспокойтесь.

Брассэт. Да я их уж получил.

Джэк. Вторые значит хотите заполучить? Вон!

Брассэт. Очень хорошо! (Идет к двери).

Джэк (дрожащим от гнева голосом). «Дорогая моя ненаглядная Китти.»

Брассэт (в дверях, оборачиваясь). Это вы меня кличете?

Джэк. Вон! (Запускает в него книгой и погружается в писанье. Брассэт быстро исчезает).

Джэк, Чарлэй, потом Брассэт.

Чарлэй (из правой с письмом в руках). Я хотел сказать… (Идет на авансцену).

Джэк (вскакивает в бешенстве). Если вы сейчас отсюда не уберетесь… (Узнает Чарлэя). Ах, это ты, Чарлэй. (Идет к нему.) Что случилось?

Чарлэй. Если ты занят – я тебе мешать не стану; в другой раз. (Хочет уйти).

Джэк. Нет, оставайся! Меня разозлил этот осел Брассэт – лезет скотина и перебивает, не обращая никакого внимания на то, что я занят сочинением очень важного письма (возвращается к письменному столу); ты меня извини… Я очень расстроен! (Садится к столу).

Чарлэй. Я тоже не в своей тарелке.

Джэк. Отчего?

Чарлэй. Нужно написать тоже важное письмо.

Джэк. Кому?

Чарлэй. Энни Спетлайг.

Джэк. Ну и что же? – Написал?

Чарлэй. Видишь ли, я хотел написать так, чтобы вышло не очень страстно, но и не очень сухо. Думал, думал и начал так: «Дорогая моя и ненаглядная Энни».

Джэк. Очень хорошо. Дальше?

Чарлэй. Дальше? Дальше ничего не выходит – никак не подберу подходящих словечек. Вот я и пришел к тебе за советом – ты на это большой мастер.

Джэк. Ты думаешь?

Чарлэй. Конечно – я слишком робок и застенчив, а ты в этих делах молодчина и тебе ничего не стоит набросать мне черновичек.

Джэк (в сторону). Блестящая мысль! Составлю ему послание – выйдет хорошо, – пущу в ход и для себя! (Садится и берет бумагу.) И так, ты влюблен в Энни Спетлайг и хочешь узнать от нее свою участь?

Чарлэй. Да, да и как можно скорей, – она со всей семьей уезжает завтра на лето в Шотландию.

Джэк. Я это знаю. И ты желаешь переговорить с ней до отъезда с глазу на глаз, только не заешь когда и где? Так что ли?

Чарлэй. Совершенно верно. (Садится на край среднего стола.)

Джэк. Прекрасно! Начнем так. (Пишет.) «Дорогая моя ненаглядная Китти». (Дальше не знает что писать.)

Чарлэй (подходит к нему и смотрит через письменный стол ему в глаза, затем отходит и садится опять на средний стол.) Ее зовут не Китти, а Энни!

Джэк. Конечно… это я ошибся! (Пишет и говорит деловым тоном.) «Дорогая моя ненаглядная Энни, простите меня великодушно за то, что я осмеливаюсь почтительнейше доложить вам о том безумном чувстве глубокого к вам высокопочитания» – да это хорошо… «безумном» подчеркнем для выразительности… «о котором я прошу у вас позволения говорить с вами лично и на веки…»

Чарлэй. Стой, стой… это уж через чур… Я бы конечно готов хоть сейчас под венец, но у меня есть тетка…

Джэк. Велика беда – у каждого есть тетка!

Чарлэй. Но только не такая как у меня, – моя тетка – особенная: – она призрела меня, когда я ребенком остался круглым сиротою и до сих пор печется обо мне, как о родном сыне; благодаря ей я попал в университет. Опекун пишет мне, что сегодня она будет у меня в час завтракать, – так не могу же я решить на веки такое дело, не посоветовавшись с нею.

Джэк. Это другое дело. (Встает.) Поговори с теткой; что она старая – богатая?

Чарлэй. Я ее еще ни разу и в глаза не видал. Много лет тому назад она уехала в Бразилию экономкой к богатому плантатору д'Альвадорец и я ее потерял из виду, пока мне совершенно случайно не попал в руки вот этот газетный листок (вынимает из кармана и подает ему газету.)