После силовой тренировки, длившейся около двух часов, нас отпустили домой. Документы, конечно же, уже были подписаны: теперь Евгений Васильев и Ариандр Лазарев стали официальными членами клуба дзюдо. Все очень радовались этому… Все, кроме нас. Мы волочились по парку, объятому закатным солнцем, и красными от перенапряжения глазами вглядывались вдаль — где-то там находился выход из школы.
К вечеру большинство учеников уже определилось со вступлением в кружок, и поэтому участники клубов перестали зазывать людей и начали веселиться. Они показывали различные фокусы, кормили зрителей дармовым печеньем, травили анекдоты и расчищали баскетбольную площадку, теперь предназначавшуюся для танцев. Кто-то уже принёс туда большую колонку, и на всю школу заиграла музыка.
— Первый курс, как вам сегодняшний день?! — закричал какой-то старшеклассник, обзавёвшийся микрофоном. Школьники подняли руки вверх и как один издали довольное «Ууу». Среди них кричало и демоническое трио, охраняющее спокойствие Марины и Ромы. Рядом стояла Сабрина. Похоже, девушке тоже весьма понравился этот день, поэтому она искренне радовалась вместе со всеми.
Эхх, где моя беззаботная юность? Никаких тебе квартплат, поиска работы, восьмичасового рабочего дня, во время которого ты получаешь две тысячи, а какой-то ленивец — три, и, конечно, никаких тебе мыслей о своей никчёмности. В школе ты просто не можешь быть никчёмным. От этого тебя ограждают фигуры родителей: в любом случае, что бы ни происходило, до 18 лет именно они «виноваты» во всех твоих бедах, неудачах и промахах. Только вот, после 18 родители отходят на второй план, а проблемы только добавляются. Может, это просто совпадение.
Красавчик рассёк толпу полумёртвой походкой. Ни одна особа противоположного пола не посмела побеспокоить его. Пользуясь тем, что открылся проход, я вошёл в толпу вслед за ним.
— По заказу самой красивой первогодки на курсе включаем живую легенду! И его имя… Фа-ра-он!
Девчачий писк буквально разрезал мои уши. Из-за него я не расслышал знаменитого «скр-скр».
— Эй, ты же тот хулиган! Иди к нам!
Я прищурился. Сбоку от меня проявилась, словно призрак в тумане, компания девушек. До этого я никого не замечал из-за пелены перед глазами. И что мне им ответить? Они весьма красивы, к тому же, настроены на общение… Нет, у меня слишком мало сил.
— Извините, я спешу.
— Ну вот, — разочарованно сказали красотки из параллельного класса.
Я ответил им что-то невнятное и скрылся за ребятами с беспечными лицами. По мне долго не скучали: отметив, что на фотографиях я казался куда интереснее, девушки пошли искать себе другое развлечение. Возможно, у кого-то из них уже была собственная квартира. Клановых детей часто одаривают на совершеннолетие машиной или жил-площадью, разумеется, разной ценности: в зависимости от положения родителя в клане и общем вкладе семьи в преумножение родового капитала. К слову, процент от выручки, идущий в казну клана — 35 процентов. Если же из этого ещё и вычесть налог, то вырисовывается совсем непривлекательная на первый взгляд картина. Только вот, подобные счетоводы забывают, что хороший специалист из клана в среднем получает свыше полумиллиона в месяц, а специалист того же уровня из всбк — примерно в два раза меньше. Так что, по сути, нет никакой разницы в том, сколько получает маг, играет роль лишь то, состоит он в клане или же нет.
Я потерял красавчика из виду. Должно быть, он уже сбежал из академии и теперь раздумывал, как ему отменить договор. Что ж, я и сам об этом думаю, хотя ещё даже не попал в безопасное место.
Выйдя на улицу, я зашагал вдоль тротуара и вскоре набрёл на продуктовый магазин. Я зашёл в него лишь затем, чтобы купить себе питьевой воды, но вместо этого ноги сами отвели меня к пиву, хотя я и знал, что купить его себе больше не могу: паспорт мага и обычного человека отличается, и если обычному человеку достаточно наступления восемнадцати, чтобы купить себе алкоголь, то вот магу того же возраста приходится ждать 21-го года. Это обусловлено разным строением организма: в то время, как процесс строения тела к восемнадцати годам у простого обывателя уже завершается, у мага он всё ещё продолжает идти: формируется его внутренний накопитель, центральная система и порты пропускных каналов.
Мучимый жаждой, я посмотрел на холодильник с пивом. Баночки скрывались от меня под прозрачным стеклом. Стараясь не плакать, я нежно притронулся к холодильнику и сжал руку в кулак.
— Я ещё вернусь к вам… — неожиданно сказал какой-то человек сбоку от меня, вынудив меня повернуть голову.
Оказывается, всё это время рядом со мной стоял Ариандр. Как и я, он едва сдерживал слёзы и смотрел на холодные, утоляющие жажду любого путника напитки.
— Что ты здесь делаешь? — спросил я его, стараясь не показывать удивления.
Юноша отвлёкся от созерцания прекрасного и увидел, что за ним наблюдают.
— Ты не поймёшь, — грустно ответил он и скрылся среди прилавков.
