- Эллису следовало бы помнить, что хозяйка этого дома - я, а он всего лишь гость. И, между прочим, мы с Эвани гуляли вдвоём, причём близ деревни, а не скитались поодиночке в пустынных местах. Не о чем было волноваться.
- Однако будьте осторожнее. Хотя бы несколько дней, - загадочно улыбнулся Брэдфорд.
- Откуда такие сроки? - удивилась я.
- Поинтересуйтесь у Эллиса, леди, если вам будет угодно. Хорошего вечера... К слову, если Эллис станет спрашивать - я собираюсь прогуляться к реке. Надолго. Если у него портится характер от дурных новостей, то остальные не обязаны от этого страдать, - добавил он сердито, пожалуй, впервые с момента нашего знакомства проявляя чувства открыто.
Разумеется, после такого выступления я не могла не помчаться тут же к Эллису. И мне даже расспрашивать детектива не пришлось - он сам выложил с ходу, что знал.
А новостей оказалось две.
Во-первых, осведомители из Бромли сообщили, что около трёх лет назад баронет Хэмбл пытался получить патент на врачебную практику. И ради этого ассистировал некоторое время не кому-нибудь, а хирургу в госпитале Святого Милосердия, но комиссия посчитала навыки баронета "недостаточными" - и отказала ему в патенте. Осведомитель сделал на полях письма циничную приписку - "скорее всего, не хватило денег для взятки". Хэмбл некоторое время возмущался, но вскоре оставил затею стать врачом и вернулся в Тайни Грин Халлоу.
А во-вторых...
Управление Спокойствие выдало разрешение даже не на обыск Хэмбла, а на его арест. Но прийти оно должно было через два дня, отдельным конвертом.
- Два дня, Виржиния, - повторил Эллис напряженно. Глаза у него сияли. - Два дня, и всё будет кончено, так или иначе. Я чувствую это... - Он помолчал. - И надеюсь, что я не допустил нигде фатальной ошибки.
В это мгновение вошла Эвани, и беседа сама собою прекратилась. Детектив засобирался в деревню - кажется, у него было какое-то дело к Уолшу. Позже я заглянула к мистеру Оуэну под предлогом обсуждения некоторых текущих вопросов и с прискорбием убедилась, что романтические переживания самым пагубным образом влияют на ясность мышления. Мой управляющий, прежде сообразительный и хладнокровный молодой человек, похоже, просидел весь день над одним и тем же счётом, а теперь ещё и начал отвечать невпопад. Единственной полностью осмысленной фразой было:
- Наверное, к ужину меня ждать не стоит, поработаю лучше с документами, спасибо за заботу, леди.
Вечерний моцион доктора Брэдфорда также затянулся до неприличия. И в итоге в столовую спустились только я, Эвани да Мэдди. Разговоры весьма предсказуемо свернули вновь в область предсвадебных волнений - платье, праздник, меню, гости... К чаю Мэри Макленнан испекла три замечательных пирога с ревенем и клубникой, лишь слегка уступающих шедеврам миссис Хат, и наш девичий щебет затянулся до самой полуночи. Мне, сказать по правде, спать не хотелось совершенно, но и на дело сил не оставалось уже, поэтому я взяла у Эвани один из её восхитительно бессмысленных романов.
- Наверное, мне тоже стоит почитать на ночь что-нибудь успокоительное, - задумчиво провела она пальцем по внушительной стопке книг на туалетном столике.
Я машинально следила за движением - тёмно-коричневый корешок, светло-серый, опять коричневый... Все издания дешёвые, в обложках из плотного картона, обтянутого тканью. Выделялся только один том, толстенный, в угольно-черной коже с золотым тиснением. Эвани заметила направление моего взгляда и засмеялась:
- О, нет, леди, это чтение не для ночных часов.
- Книга Дугласа Шилдса? - сообразила я с опозданием и отступила на полшага, ощутив укол иррационального страха. - О ритуалах?
- Да, - рассеянно согласилась Эвани, отводя со лба локон цвета кофе, и вдруг нахмурилась. - Ох...
- Что такое? - я встревожилась, но она лишь качнула головой:
- Ничего особенного, леди. Просто забыла кое-что. Но это и не так важно.
Спала в ту ночь я скверно. Меня преследовали тягуче-мучительные сновидения. Вода в Тайни Грин, обернувшаяся грязевым потоком; зубная боль, настолько реальная, что отголосок её слышался даже после пробуждения; отощавшие серые кошки, терзающие бледную руку с крупным серебряным кольцом на безымянном пальце; и, наконец, самое жуткое - огромная, беспощадная, болезненно-желтая луна, застывшая в багровом небе. Последнее видение повторялось несколько раз, даже под утро. Я просыпалась с колотящимся сердцем, делала глоток воды прямо из кувшина и снова проваливалась в вязкую, как болото, дрему.
За завтраком мне кусок в горло не лез. Правда, из присутствующих заметил это лишь доктор Брэдфорд, который настоятельно посоветовал мне хоть что-нибудь съесть, чтобы "не портить себе желудок".
Мэдди, к слову, тоже была рассеяна сверх меры. А вот Эвани, напротив, излучала кипучую энергию. Как и ещё один человек - Эллис. После завтрака он отозвал меня в сторону для разговора. Поразмыслив, я предложила подняться на веранду - из-за холодной погоды там наверняка никого не было.
