13 кофейных историй полностью

Я пробежала глазами до конца страницы. Все одно и то же, только повторенное разными словами, как это обычно бывает в философских книгах.

Следующая закладка... и следующая...

"Древние боги были справедливы. Они откликались на молитвы, в обмен требуя от человека поклонения и - как знак бесконечной подчинённости - жертв..."

"Считалось, например, что если поразить изображение врага в ногу, то в настоящем бою эта нога может отняться..."

"...умерщвлённая определенным образом жертва, иначе "Дарующий", могла принести исцеление пациенту, иначе "Принимающему".. Это действо называли "принципом всеобщего равновесия", иначе - зеркальным принципом...

...последний подобный случай имел место в деревне Нотшир на западе Герцогства Альба. Пожилая женщина ритуально умерщвляла коз и телят, чтобы вернуть зрение своей дочери, ослепшей в результате несчастного случая...

...утверждала, что "Принимающая" была близка к полному исцелению - зрение вернулось к ней частично. Мы не можем утверждать со всей уверенностью, было ли это следствием ритуала или естественным развитием болезни, однако факты..."

Меня как молнией пронзило.

Вот оно что...

Не Хэмбл убивал - ради коллекции.

Дуглас Шилдс - ради своего сына. И Энтони догадывался о чем-то, Энтони пытался сказать этой книгой, объяснить, показать...

Святые небеса, как же мы были слепы!

В распахнутые ставни бесстыже пялилась луна - масляно-жёлтая, огромная, страшная...

У жертв отрезали пальцы на руках и ногах. Удаляли глаза и изымали органы из тела. Наверное, на алтаре - хорошо освещенном, похожем на стол для операций. Белом... А у Эвани локоны цвета кофе с шоколадом, нежный румянец на скулах и ловкие пальцы мастера-парикмахера...

Неужели и её...

- Святые Небеса, нет! - Я шваркнула проклятую книгу об пол и, сама перепугавшись, принялась быстро вставлять закладки на прежние места. - Я не допущу. Не позволю. Не позволю.

И пусть Эллис уехал сейчас обыскивать дом Хэмбла. Время терять нельзя - вдруг мы опоздаем на минуту, на секунду! Нет, решено - я оставлю ему записку, велю миссис Стрикленд передать её Эллису, как он появится. Другую пошлю ему с... скажем, с Томми Эндрюсом-младшим. Пусть возьмет лошадь из конюшни и едет сию секунду. А я... кажется, у меня лежал где-то револьвер. И Эллис научил меня неплохо с ним обращаться. Сколько там слуг у Шилдса? Трое? Что ж, думаю, револьвер вполне может уравнять шансы одной леди против четверых мужчин.

Миссис Стрикленд, к счастью, оказалась не из тех служанок, что удивляются странным приказам. Сказано дождаться мистера Норманна и передать записку - значит, будет сделано. К Томми пришлось искать иной подход, но и тут я справилась. Какой мальчишка не мечтает стать героем? А мне даже и привирать не пришлось - записка действительно могла спасти Эвани жизнь.

Некоторое время я колебалась: не позвать ли с собой Мэдди? Однако второго револьвера у меня не было. Зная Мэдди, глупо было рассчитывать на то, что она просто постоит в сторонке. Нет. Готова поклясться - кинется в самую гущу событий... Нет, рисковать ещё и Мэдди нельзя.

Значит, еду одна, благо лошадь уже поседлана и дожидается у ворот. К тому же всё, что от меня требуется - отвлечь Шилдса от ритуала и выиграть для Эвани время. А потом уже подоспеет помощь, и спасут... нас обеих.

Да. Надо надеяться на это.

Другого выхода нет.

В спальне я быстро переоделась в амазонку - в юбках наверняка будет неудобно, а шлейф потом можно просто заколоть, чтоб не мешался. Револьвер дожидался своего часа в дубовом ларце, в кабинете. Тяжёлый, холодный металл удобно лёг в ладонь - иллюзия, я знала, что через час мне уже трудно будет держать такой вес на вытянутой руке.

Но другого выхода нет.

Из-за волнения у меня наступило престранное состояние. С одной стороны, мышление сделалось ясным и чётким, всякое действие прослеживалось на несколько шагов вперед, как в шахматах. Я уже почти не боялась. Только кровь горела, словно превратилась в крепкий кофе с бхаратским перцем. С другой стороны, некоторые мои поступки иначе, как "глупостью", назвать было нельзя.