Право слово, мне захотелось его хорошенько стукнуть. Сначала выдать эти самые "тайны следствия" почти до самого донышка, а потом, в последний момент, заартачиться!
Впрочем, продолжить разговор нам не дали. Безликий молодой человек, которого я прежде уже видела в кабинете мистера Хоупсона, без стука отворил дверь и скучным голосом произнес:
- Мистер Норманн, к вам еще посетитель. Мистер Уэст-младший. Он хочет сделать некое заявление. Прикажете пропустить?
Эллис азартно подался вперед, как лис, почуявший добычу.
- Ну наконец-то! - и обернулся ко мне: - Леди Виржиния, передайте ла Рону, что он действительно мастер. Мастер убеждения!
Сказал это - и торжествующе уселся на свою колченогую табуретку, как на трон, нахально положив ногу на ногу.
Глэдис выглядела совершенно ошарашенной. Она нервно вертела в руках лорнет и покусывала нижнюю губу, то и дело поглядывая на меня. Я же, увы, ничем не могла помочь подруге, поскольку сама терялась в догадках.
Стучалась в сознание одна неприятная мысль: неужели та статья оказалась жестокой провокацией? Эллис, получается, был полностью уверен в том, что виноват Лоренс Уэст, и потому решил запугать его, сыграв на родственных чувствах?
Но где в таком случае гарантия, что сын в отчаянии не оговорит самого себя, чтобы спасти отца? Если б подобное случилось не с Уэстом-старшим, а с леди Милдред, то я не задумываясь выгородила бы ее, даже ценой своей жизни! И это я, не особенно смелый человек. До той же бабушки мне, увы, еще далеко...
А Лоренсу, мужчине, сама его природа, его честь велела спасти престарелого, немощного отца от ложного обвинения.
"Жаль, что Глэдис тут, - подумала я вдруг. - Останься мы наедине с Эллисом, и можно было бы спросить у него, почему он так уверен в виновности Лоренса".
Подумала - и почувствовала, как начинаю краснеть. Выходит, что я теперь свободнее себя чувствовала рядом с Эллисом, с этим беспардонным манипулятором, чем со старинной своей подругой?
Ох...
- Леди Виржиния, у вас что-то больно виноватый вид, - весело подмигнул мне детектив, подтверждая репутацию самого бессовестного существа во всем Бромли. Нет, во всей Аксонии! - Я могу подумать, что на самом деле это вы заварили кашу с похищением... Да-да, входите!
Как только в кабинет постучали, Эллис поспешно выпрямил спину, облокотился на конторку, состроил мрачную физиономию и исподлобья уставился на дверь.
- Добрый день.
Лоренс поздоровался еще из коридора и вошел после еле заметной паузы. Он был смертельно бледен и, кажется, умудрился исхудать за то время, пока мы не виделись. Светлые волосы немного потемнели, словно впитав холодную влагу бромлинских туманов, и отчего-то "липли" к голове.
Присмотревшись, я поняла, что туманы тут ни при чем. Просто Лоренсу в последние несколько дней явно было не до мытья волос.
"Он так переживал из-за статьи?" - предположила я про себя и вдруг вспомнила, что газета-то вышла только вчера. Неужели Эллис был прав?
- Добрый день, мистер Уэст, - тем временем хмуро поприветствовал визитера Эллис. Лоренса аж передернуло от этого обращения. - Что привело вас сюда? Эй-эй, Смит, не уходи, свидетелем будешь. А то скажут потом, что я над подозреваемыми издеваюсь...
"А что, разве нет?" - хотела я спросить, но вовремя прикусила язык.
Лоренс глубоко вдохнул, будто перед тем, как нырнуть в омут, и произнес, тихо и четко:
- Я хочу написать заявление. И признаться.
- В чем? - с деланным интересом подался вперед детектив, демонстративно подвигая к себе исчерканные бумажки и химический карандаш.
- Во всем, - твердо ответил юноша и поднял глаза на нас. Губы у него немного дрожали. - Отпустите отца к врачу, я тут же напишу признание.
- Отпустить? Обязательно, как только вы изложите нам правдиво все события, что произошли в ночь перед так и не состоявшейся выставкой, - добродушно пообещал Эллис.
Возможно, общение с ним дурно влияло на мою подозрительность, но в этих словах мне почудился какой-то подвох.
- Но отец...
- Сначала признание, - серьезно покачал головой Эллис и протянул Лоренсу мятый листок бумаги и химический карандаш. - Пишите. Все, как было, без утайки. А я почитаю и решу, что делать.
Лоренс растерянно оглянулся и, похоже, только тогда заметил нас. Столкнувшись с ним взглядом, Глэдис отвернулась, прижав пальцы к губам, и побледнела. Я успокаивающе коснулась ее плеча и холодно поинтересовалась у Эллиса:
- Может, нам лучше выйти?
- Не стоит, - обворожительно улыбнулся он, глядя исподлобья. - Будете свидетелями. Ну, и развлечетесь заодно, - добавил он совсем тихо. Глэдис вздрогнула. - Мистер подозреваемый, вы не стесняйтесь, садитесь вон на ту коробку, на пятна внимания не обращайте, ага... Вы картонку или книгу на колени подложите?
- Книгу? Зачем? - глядя на детектива глазами побитого щенка, тихо спросил Лоренс.
