В квартиру забежала – первым делом ванну проверить. Вода не течет, но дно мокрое. Не могла ванна за весь день не высохнуть. И мужа не спросить (видать, опять пошел с машиной разбираться, к рейсу ее готовить) – может, это ему пришло в голову второй раз на дню мыться? Но почему тогда Пичугин сказал, что весь день вода шла?.. Как бы то ни было, Галя утвердилась в своем решении: надо изгонять духа. Сына усадила мультики смотреть по DVD, сама в большой комнате, как бабы учили, насыпала круг соли; напротив балконной двери круг прерывался – это чтобы выход оставить для покойной. Открыла балконную дверь, перекрестила круг, начала приговаривать: «Иди на свет, теперь свободна, иди на свет, теперь свободна».
Звонок. Блин, как не вовремя! Пошла открывать дверь – Дима.
– Ты где был?
– Где-где, в Караганде! – снимая ботинки, прокряхтел муж. – В агентство недвижимости ходил консультироваться.
Другой бы раз устроила ему разнос: какого лешего, не посоветовавшись, он вот так за всю семью принимает решения?! Но сейчас ее волновало другое:
– Скажи, ты днем воду в ванной не включал?
– С чего бы это? – удивился Дима. – Я в десять утра ушел. Сначала по автомагазинам, потом вот в агентство.
– Опять она! – всплеснула руками Галя.
– Мертвая, что ли, пакостила? – проходя в комнату, бегло поинтересовался Дима. – А что это тут у тебя?
– А что прикажешь? Я уж не знаю, что делать, какого угла бояться. Пусть она воду включает, пусть тапки приносит, во снах снится – так? Ему все хоть бы хны. Он хозяин! Он квартиры меняет. А ты меня спросил, меняльщик?
– Совсем рехнулась, – примирительно проворчал муж. – Обряд, что ли, какой у тебя? Давай делай, только быстрей, чтоб телевизор не мешала смотреть, сейчас Максим Галкин начнется.
– И нечего меня попрекать. Я, между прочим, специальную соль купила – круг чертить. Такую теперь фиг где сыщешь. Ему Галкин важнее, видите ли. А что покойник в доме – это, наверно, хаханьки, программа «Розыгрыш»!
После этих слов Дима минут десять не бурчал, телевизор жужжал почти неслышно, Галя успела провести все задуманное: «Иди на свет, теперь свободна, иди на свет, теперь свободна».
Вечером домашний телефон зазвонил. Галя теперь стала от каждого звонка шарахаться. Опасливо сказала мужу:
– Иди ответь.
– Ты что, боишься, что она? – с усмешкой спросил муж.
Галя на полном серьезе кивнула. Как представила, что возьмет трубку, а там голос тети Клавы, так душа в пятки. Потом долго прислушивалась из комнаты к отрывистым фразам мужа:
– А что, иначе никак?.. Ну да… На сколько? Нет, и я, и жена на работе… То есть ничего страшного… Ну, ладно.
На фразе «ничего страшного» Галя напряглась. С тревогой спросила мужа, когда тот из коридора пришел:
– Кто? Чего там страшного?
– Да успокойся, из интерната звонили. У них там ремонт в корпусе. В конце следующей недели надо взять Софью домой дней на пять. Ну, ладно, давай лучше определяться, что там смотреть: «Даешь, молодежь!» или «Комеди-клаб»?
Смотрели «Комеди». Ржали. Впервые за долгое время Галя уснула спокойно. И кошмары не мучили.
Всю следующую неделю в доме царила безмятежность. Ни снов дурацких, ни жалоб на текущую воду, ни звонков, ни гостей. Оставили все в покое – и вот оно, счастье. Той бабе, которая подсказала круг солью начертить, Галя бутылку коньяка купила в благодарность. Пару раз укорила Диму, что он в ее способы не верил. «Видишь же, попросили теть-Клаву, она по-доброму и вышла. А ты сразу же: квартиру менять, квартиру!». Дима не соглашался, но и не возражал, да и с обменом подуспокоился, больше никуда не ходил.
В четверг забрали Софью из интерната. Девчонка радовалась, играла с братиком – тому тоже веселье. На выходные всей семьей выбрались в парк культуры и отдыха. И на лошадках покатались, и на цепочных каруселях. Визгу-то было! Вечером смотрели КВН. Софья где поймет, где не поймет, а все равно гоготала. Артем смеялся над тем, как хохочет сестра. Галя с Димой тоже больше потешались ребятам, чем шуткам. Счастливая семья. Так бы и до старости!
В понедельник Галя ушла к себе на «Эмальпосуду», Дима тоже рванул в гараж – к завтрашнему рейсу готовиться, Софью с Артемкой оставили дома. На обратном пути с работы Галя коробку конфет «Ассорти» купила. Завтра Софью обратно в интернат сдавать, надо напоследок порадовать. За одним столом почаевничать, дружненько.
Метров за пятьдесят от дома ее встретил Пичугин, лицо у него было сердитое:
– Я вот как знал, что затопите!
У Галины кровь в лицо хлынула, сердце упало:
– Что опять? – воскликнула она.
– Не опять, а снова. Иди кран перекрывай, а я, так и быть, помогу приборку сделать, воду убрать.
Галина бегом бросилась к дому. Пичугин – следом. По ступенькам, через одну, потом через две – еще быстрей. Закопошилась у двери с ключами. Нашла, открыла. Сапоги окатило водой. У порога Софья – руки мокрые, платьице все мокрое, стоит по щиколотку в воде.
– Мне бабушка сказала Артемку искупать, – Софья говорила будто извиняясь, и руки почему-то перед собой вытягивала.
