Что-то начало жужжать. Телефон? Я посмотрела на болельщицу, но она покачала головой, поэтому я поставила рюкзак на стол, нашла в нем телефон и ответила.
– Ханна Бейкер? – спросил звонивший. – Рад тебя слышать.
Я посмотрела на девушку и пожала плечами.
– Кто это? – спросила я.
– Догадайся, откуда у меня твой номер.
Я сказала, что ненавижу играть в угадайку, после чего он доложил мне, что заплатил за него.
– Ты заплатил за мой номер? – удивилась я.
Болельщица прикрыла рот рукой, а потом указала на вывеску – «О, мой долларовый Валентин!».
Ну, нет, подумала я. Кто-то звонит, потому что мое имя оказалось в его списке? Да, это возбуждало. Но в то же время пугало.
Девушка-болельщица показала на имена в моем списке, которые мы обе сочли интересными вариантами, но я покачала головой. Я знала голоса этих парней, этот явно не принадлежал ни одному из них. Но это был и не тот мальчик, о котором меня предупреждала девушка. Я прочитала вслух два оставшихся имени.
– Похоже, что ты в моем списке, – сказал звонивший, – но в твоем меня нет.
На самом деле ты есть в ее списке. Но в другом. В том, в который, уверен, тебе не хотелось бы попасть.
Я спросила, каким номером иду в его списке. Он снова предложил мне угадать, а потом быстро добавил, что шутит.
– Готова? – спросил он. – Ты мой номер один, Ханна.
Губами повторила его ответ – номер один! – болельщица подскочила на месте и села назад.
– Так круто, – прошептала она.
Звонивший спросил, собираюсь ли я на вечеринку по поводу Дня святого Валентина.
– Посмотрим, – ответила я. – А ты кто?
Он не ответил. Ему было не нужно, потому что в этот момент я его увидела… Он стоял за окном кабинета студсовета.
Маркус Кули.
Привет, Маркус.
До скрежета сжимаю зубы. Маркус. Мне нужно было кинуть камень в него, когда у меня была такая возможность.
