«Долбаная простуда, сколько можно, причём так не вовремя, из-за того что чихнул прям во время операции надрез получился не там где нужно, хотя какая разница, одним больным больше, одним больным меньше». Хирург Лимонов Николай ехал со своей работы, совершенно не сожалея о том, что прервал кому-то жизнь, оставил семью без отца, без надежды на жизнь. Сейчас его больше волновала причина поломки его новенького «BMW», который был куплен несколькими непересаженными детскими сердцами. Ведь из-за того, что его машина встала посредине дороги, ему пришлось ехать в общественном транспорте с обычными рядовыми гражданами. Пару часов назад, на операционный стол положили пациента для пересадки сердца, несчастный два года копил на эту операцию, цепляясь за последнюю надежду выжить, но так как Николай, пренебрегая всеми правилами безопасности, вышел оперировать, будучи больным, надрез получился не там, где хотелось. А дальше всё как в голливудских фильмах. Струйка крови там, струйка крови здесь, отчаянные реплики «Доктор, мы его теряем», писк систем жизнеобеспечения, в которых половина лампочек не работает и коронная фраза доктора с взглядом на настенные часы, в которых батарейки не меняли со дня открытия больницы: «Время смерти 08:08». Но для него, это было уже не важно, его ждали жена, дети, милая квартирка в новенькой новостройке. Решив обрадовать любимую тем, что пациент умер, и добрый доктор вернётся домой пораньше, он достал телефон и набрал домашний. Уселся поудобнее, хотя в условиях данного транспортного средства физически это невозможно, он стал обсуждать с женой, что купит на ужин. Он понятия не имел, что в подъезд его дома вошёл молодой человек, сын умершего сегодня, по ошибке Николая, больного. Он поднимался в квартиру хирурга, за пазухой у него был хорошо заточенный тесак, а в голове желание убить и отомстить. Во время выбора вина, операция на сердце чуть не потребовалась самому Николаю. Было слышно, как на том конце разбилось что-то стеклянное, затем трубка упала на пол, потом по очереди, вначале детские крики его трёхлетней дочери и его семилетнего сына, за ними мольбы жены: «На помощь! Не делайте этого! Помогите!!!», а после обречённые гудки. Лимонов Николай уже набрал воздух в лёгкие, чтоб закричать «остановите автобус», но…
Сзади него сидел человек, в обычном костюме, с виду какой-нибудь менеджер, но кое-что создавало непреодолимую преграду между ним и простыми смертными. Во-первых, его глаза, серые глаза обладающие холодным проникающим взглядом, глаза, которые видели всё на протяжении всей истории Земли и Ада. И ещё одно различие, вряд ли, вы когда-нибудь встретите кого-нибудь, чьим именем, а не погонялом, будет Смерть. «Пять, шесть, семь, неплохо. Семь душ с одного автобуса. А вот и посольство, ну что ж друг, давай».
Как только посланник Ада докончил свою мысль, он повернулся к пассажиру, сидящему рядом с ним, в плотно запахнутом плаще. В следующее мгновение человек, считавший слово «месть» своим именем, человек, который потерял всё, что имел в этой жизни, кроме веры, человек который не мог придти на могилы своих детей и жены, потому что их тела разорвало в клочья во время бомбёжки, вскочил, распахнул плащ, и выдернул чеку одной из пятнадцати гранат, прикрепленной к груди…
– Что это значит?
– Всё
– В каком смысле?
– В самом прямом.
Отбойные гудки. Потом снова раздался звонок.
– Между нами всё кончено?
– Да.
– Ответь, ты хоть когда-нибудь меня любил?
– Только первую неделю.
– Тогда зачем мучил меня?
– Не знаю.
Отбойные гудки. Вот так ученик десятого класса Рустам, расстался со своей, теперь уже бывшей девушкой, ученицей девятого класса Ирадой. Их отношения длились всего полгода, за это время Ирада сильно полюбила Рустама, за это время Рустам чудовищно возненавидел Ираду. «По фигу» это слово крутилось в голове Рустама. «Сволочь» крутилось в голове Ирады. Но не только это слово мелькало в мыслях брошенной девушки, её разум заполонило куда более зловещее слово «месть».
