Уже возле Большого Зала я остановился. Может быть, я зря горячусь? Чего мне, действительно, не хватает? Вот моим жёнам, и правда, меня одного мало на всех. Это я думаю, что "джигит". А так ли думают они? Спрашивать как-то перехотелось… Хотя, я не скрываю от них своих встреч вне расписания, зачем же им скрывать от меня то, что известно почти всем. А известно ли это детям?
Я влетел в Зал и быстро нашёл Изабель. Подхватил её под локоть. Все продолжали веселиться, не обращая на нас внимания.
— Козочка моя, ты мне срочно нужна!
— Хелен что, не смогла тебя удовлетворить? — съязвила моя десятая жена.
— Спокойнее. Это чуть другая тема.
— Интересно, какую ещё тему вы вдвоём могли обсуждать?
— Да замолчишь ты, женщина!? В конце концов…
Изабель насупилась и замолчала, пока мы не вошли в мой кабинет.
— Ну!? — первым делом сказала она, развернувшись ко мне лицом.
— Присядь и расслабься, — небрежно бросил я. — Присядь, присядь.
У неё чуть поубавилось злости. Появилась какая-то неуверенность.
— Ты… — у неё, как будто, появилась смутная догадка. — Ты, наверное, хотел что-то спросить?
Фух! Грандиозная проницательность! Я кивнул. Она немного оцепенела и с некоторым трудом произнесла:
— Ну, и что ты хотел узнать?
Я удивился, что затрудняюсь сформулировать вопрос.
— Это правда, что у тебя… Ну, что ты… С Габэ…
Она захлопала глазами, немного сдавленно засмеялась и обхватила меня руками.
— Али! Какой ты иногда бываешь наивный.
— Так это неправда?
Она глянула на меня и поправила мои растрёпанные волосы. Ощущение, будто мама гладит по головке не в меру расшалившегося мальчугана. А мальчуган этот — я.
— О, Али… Тебе нужна правда?
Дальше я мог бы не спрашивать, но она сама продолжила:
— Да, Али. Мы часто спим вместе. И не только я с Габи. Если ночью одиноко, до секретарского дежурства больше недели… Иногда хочется с кем-то поделиться печалью, иногда радостью. Кроме того, ты помнишь, какая я была поначалу неумеха. Габэ меня многому научила. Ты, ведь, сейчас доволен мною?
Я хмыкнул.
— Для меня это всё было как-то неожиданно.
— Что, у своего отца ты не знал, чем занят его гарем?
Я пожал плечами.
— Я думал тогда о другом.
— Но не всё же время? И никогда не подглядывал за его молодыми жёнами или старшими сёстрами?
— Так это же когда было… Я был совсем маленький. — Конечно, я лукавил, но как-то неловко было рассказывать о том, что я вытворял на самом деле.
Мы ещё посидели немного.
— Да, Хелена говорила, что нашла в Сети какие-то интересные материалы. Надо бы обсудить вместе с Роксаной.
— Ну, конечно, это Хелена по собственной инициативе посвятила тебя в тонкости жизни нашей женской половины… — Изабель улыбалась, но в глубине её взгляда сверкали льдинки. Она взяла со стола стило от компьютера и начала им играть. Я видел много раз, как она тренируется со своими ножами. Сейчас она проделывала со стилом те же самые движения. Она вертела стило на ладони, между пальцами, подбрасывала, ловила и опять вертела. Бр-р-р-р…
— Не трогай, — сказал я.
Брови Изабель полезли вверх.
— Кого? Её, что ли? — она криво ухмыльнулась.
Я выждал небольшую паузу.
— Нет. Стило.
Она всё-таки поиздевалась надо мной ещё минуту, прежде чем положить стило на стол. У меня в голове складывались в это время части головоломки.
— А с кем спит Вайнона? Естественно, когда не со мной…
— Спроси об этом лучше у Хелен. — Изабель отвернулась и дала понять, что на этот вопрос я ответа не добьюсь. Она удивилась бы, узнав, что её фраза вложила последний кирпич в здание этой проблемы. А может быть, она это сделала специально? Я затруднился бы сказать, когда мои жёны роняют фразы по неосторожности, а когда — умышленно.
— Ладно, — решил я закрыть эту тему. — Сейчас давай с ней поговорим по другому поводу. Информация из Интернета.
Хелен мы нашли в Зале, вместе со всеми. Она стояла возле Фазиля, что-то ему говорила, а тот рассеянно кивал. Стоящий рядом Фархад разглядывал её тайком, делая вид, что смотрит в другую сторону. Шайтан! Мне пора что-то придумывать со своими мальчишками. В лучшем случае они заработают себе косоглазие.
Изабель сначала подошла к Роксане, и только потом к Хелен. Звуки музыкального центра полностью заглушали всё, и я не мог ничего слышать. Но мне показалось, Хелен проявила недовольство тем, что её отрывали от праздника. Она тряхнула своей причёской и, скривившись, направилась к выходу. Мы вчетвером прошли в мой кабинет и расселись вокруг стола.
— Извини, Хелен, что тебя отвлекаю, — начал я. — Но твоя информация может оказаться очень важной.
Она опять скорчила недовольную гримаску.
— Обычно ты никогда не считаешь мою информацию хоть сколько-нибудь заслуживающей внимания.
— Тем не менее…
