Нет, этого не может быть. Я стыжусь за себя, как я мог допустить такие глупейшие мысли. Я не должен верить словам этого идиота. Думаю он сам, понятия не имеет о чем говорит.
Я должен перестать сомневаться, я точно уверен, что здесь что-то не чисто…
Довольно этих размышлений на сегодня, еще немного и я сойду от них с ума. Нам пора идти. Мы оставляем девушек в лагере, путь может оказаться опасным, я не был уверен в том, что даже в лагере они будут в безопасности, поэтому с ними остается сорокалетний идиот, и мой друг бугай…
Надеюсь за время нашего отсутствия ничего не случится…
Прошло уже десять дней… десять дней как мы находимся здесь…
Несмотря на других выживших, мне здесь очень одиноко… я увидела, как тот странный парень постоянно записывает свои мысли, иногда он проговаривает их вслух. Я решила, что ему одиноко, и таким способом он лишь пытается заполнить гнетущую пустоту.
Она есть у многих здесь… может и мне станет намного легче? Может и моя пустота одиночества хоть немного наполнится?
Но я здесь не совсем одна, у меня есть ребенок… хоть я ничего и не помню, но я почему то знаю что он мой… Я сердцем чувствую, как сильно ему нужна, я не могу бросить его, и я знаю, что должна защищать его, пусть даже ценой своей жизни.
Его большие голубые глазки словно глядят мне в душу, не знаю что это за странные чувства, но как только я заглядываю в его глаза, в моем сердце происходит что-то странное, будто душа переворачивается и сжимает все мои внутренности.
Какой же он все-таки красивый, такой маленький, такой невинный… у него такие маленькие крохотные ручки… я провела с ним всего десять дней, но я уже точно знаю, что не смогу прожить без него ни единого дня… Я очень боюсь за него, я здесь никому не доверяю и поэтому никогда не упускаю его из рук, он всегда со мной, я всегда рядом, я никогда не оставлю его в одиночестве… он единственный светлый лучик, в этой здешней непроглядной тьме…
Этому странному парню стало плохо, кажется, он заболел.
Я еще больше возненавидела всех этих людей. Он столько сделал для всех нас, он так заботился и переживал за каждого из нас, но стоило ему заболеть, как все вдруг отвернулись от него.
Еще вчера многие старались быть ему ближе, а уже сегодня они вдруг избегают его. Мне так жаль его, сейчас он одинок еще больше обычного. Я хотела проведать его, но другие не пускают меня, они боятся, что болезнь разойдется по всему лагерю, поэтому грозятся изгнать меня, если я подойду к его хижине слишком близко.
Девушка с которой мы живем в хижине очень мила, она как и я не хочет слушать других. Сегодня я встала раньше всех, я собрала травы и крохотные белые цветы, не знаю, с чего я решила, что это поможет, но я чувствую, что ему станет легче.
Эта милая девушка оказалась еще добрее чем я думала, она позаботилась о моем малыше пока я навещала того беднягу. Я не могла взять малыша с собой, я очень боюсь, что он может заразиться…
Если со мной что-нибудь случится, она обещает что позаботиться о моем малыше…
Ему стало лучше, кажется, он идет на поправку. Я очень рада, что смогла помочь, это самое малое что я могу для него сделать.
Мы смогли развести огонь. В обломках я нашла странные стекла, когда смотришь сквозь них, все вокруг увеличивается в размере. Днем как всегда было очень жарко, мы старались развести огонь с помощью бумаги и сухой травы, когда я навела это стекло, я обнаружила, что все это вдруг стало дымиться.
Удивительно как просто оказалось добыть огонь, мы все такие глупые!
Самый старший из нас, косо посматривает на меня, по правде говоря: я ужасно его боюсь. Не знаю почему, но от одного только его взгляда меня уже трясет. Вчера он назвал меня глупой, и удивлялся что я вообще могу что-то писать. В общем, он неприятен мне, думаю, что многие здесь не в восторге от него…
В наших хижинах теперь очень тепло! Теперь мне не придется беспокоиться, что мой малыш замерзнет! Он такой умный! Я так благодарна ему за то, что он так заботится обо мне и моем малыше! А ведь он совсем не обязан заботиться о нас… он самый добрый из всех нас… так хочется отплатить ему тем же…
Нас осталось всего лишь четверо (не считая малыша). Остальные ушли на поиски воды, может им удастся найти еще и еду, или лучше всего других людей.
Нам было очень сложно общаться с друг другом, ведь мы совсем не помним своих имен. Поэтому я решила дать нам имена: я порвала бумагу на десять частей, и на каждой из них написала по имени. Я получила имя «Алу», того сильного парня теперь зовут «Кай», мою подругу «Ева», а самому старшему из нас досталось имя «Вэд». Своему малышу я дала имя «Мир», и кажется, ему оно очень понравилось.
