Любовь на троих... Разве я, воспитанная мамой в строгих правилах, могла подумать что со мной такое случится? Что случайная встреча перерастет со временем в дружбу, а потом и в любовь? Одно я знала точно — у наших отношений нет будущего... Или есть?
Я узнаю их сразу. Невозможно не узнать. Сердце начинает прыгать в груди раньше, чем я осознаю это.
Они стоят и смотрят. Смотрят прямо на меня, пока я неловко переминаюсь с ноги на ногу в старых кроссовках, легинсах и мокрой футболке, облепившей тело, посреди небольшого парка в нашем городке.
До моего поступления в коледж я и предположить не могла, что между людьми бывает такая связь. Физически ощутимая, болезненная и в тоже время заставляющая каждую клетку тела вибрировать в только ей известном ритме. Исполнять свой танец…
Связь, которую как оказалось, не смогли стереть ни пять лет разлуки, ни новая жизнь, ни свадьба, назначеная на завтрашнее утро. Ты можешь пытаться разорвать ее, заглушить, слушая доводы рассудка, отмахиваясь от собственных чувств, понимая при этом — отчаянно пытаясь оборвать невидимые нити, опутывающие насквозь, рвешь нечто очень важное, то без чего мир потеряет свои краски, превратившись в обычные серые будни.
Я просто стою и смотрю. Затаив дыхание, боясь моргнуть и развеять мираж. Не обращая внимания на заморосивший дождь и все более сгущающиеся тучи над нашими головами.
Пять лет, тянувшихся слишком долго и сейчас казавшиеся не более, чем коротким мигом.
Они изменились, конечно. Оба. Юношеские черты подстерлись, а на их место пришла немного грубоватая мужественность.
Это наверное глупо и эгоистично, но я быстро скольжу взглядом в поисках обручальных колец и облегченно выдыхаю, не увидев злополучную золотую полоску.
— Привет, — одновременно.
Я вздрагиваю. Раскаленный воздух с шумом вырывается из легких.
Зачем? Зачем судьба столкнула вновь? Особенно сейчас? Слишком жестоко…
Как мы выбираем себе пару? По цвету волос, глаз, возможно по улыбке или манере общаться, или по запаху, по тактильным ощущениям, когда прикасаешься к человеку и испытываешь непреодолимое влечение? Химия крови, взрыв мозга, внутренний компас? Что именно дает нам сигнал к более решительным действиям?
Я задавала себе этот вопрос тысячу раз и не находила ответа. Потому что раньше никогда не испытывала подобных чувств, кромсающих все мысли на мелкие ошметки, выгрызающие изнутри сердце и душу хищными зубами, до полного опустошения.
Долгими ночами я уверяла себя — стоит забыть, перестать мечтать о несбыточном, крутить в голове одну и ту же заезженную пластинку с образами прошлого, каждый раз разыгрывая сценарий совершенно по иному, так чтобы в итоге под утро забыться беспокойным сном с улыбкой на губах. Жизнь не партия в шахматы, ее не переиграешь, не начнешь заново с чистого листа. А прошлое… прошлого нет, это всего лишь наши воспоминания, причем весьма избирательные.
Мне казалось я смирилась, научилась жить, до этого момента. До встречи, которая повернет мою судьбу на 180 градусов в совершенно другом направлении.
...лет назад.
— Главное не заводи романов с мальчиками, — мать стоит рядом, скептически рассматривая каждую вещь, перекочевывающую из шкафа в чемодан.
Ничего вызывающего из одежды у меня нет, разве что одна нежно розовая блузка и короткие шорты, которые мы с Кати купили на распродаже в Валморте буквально пару дней назад и от которых у моей матери случится сердечный приступ, ибо не пристало приличной девушке выставлять на показ голый зад. Но их я естественно спрятала заранее в подкладку чемодана, как говорится "от греха подальше". Да и не думаю, что когда-нибудь решусь появиться в них на людях. Моя фигура далека от идеала.
— На первом месте должна быть только учеба, — продолжает мама. — Все остальное после окончания колледжа и никак не раньше. Невозможно получать отличные отметки, когда в голове гуляет ветер. Посмотри хотя бы на Катрин, дочку мистера Олвуда! Забеременеть в пятнадцать лет! Пятнадцать! Куда катится мир!
Она старается казаться не слишком деспотичной, но в ее тоне явно угадываются строгие и властные нотки. После смерти отца мама слишком серьезно взялась за мое воспитание, буквально вдалбливая в голову что хорошо и что плохо. Точно мне три года.
Я молча киваю в ответ. Да, да, ни каких парней, ни каких глупых вечеринок, алкоголя, ранней беременности… учеба, учеба и еще раз учеба.
Скорее всего, будь на дворе век так семнадцатый, она с превеликим удовольствием отправила бы меня в самый строгий монастырь, с жесткими правилами и вечными молебнами к Господу Богу, аккурат до момента появления на горизонте достойного (по ее мнению) жениха.
Представляю себя в сером бесформенном наряде послушницы, с четками в руках и смиренным выражением на лице. Да уж, мама пришла бы в восторг. Глупый смешок вырывается раньше, чем успеваю подумать.
— Что смешного я сейчас сказала?
Улыбка тут же исчезла.
— Ничего.
Кажется, я все же буду молиться каждый день, благодаря небеса за то, что вырвалась из дома, где гиперопека мамы порой переходила все мыслимые границы.
Одно хорошо — колледж слишком далеко от нашего городка и ей врятли удастся выкроить больше одного дня в месяц для того чтобы лично проконтролировать мое обучение.
