Великий военный мыслитель вошел в историю не только как выдающийся теоретик – автор книги «О войне». Действуя в рядах русской армии, Клаузевиц умел находить удивительно точные и выверенные решения. Книга «1812 год» написана им по горячим следам наполеоновского похода на Россию и разгрома Великой армии. Она ценна уникальным сочетанием стратегических и тактических соображений, оценок и выводов. Его умение прогнозировать ход военных действий, анализировать соотношение сил, преимущества и недостатки позиций, восхищавшее современников, и сегодня кажется непревзойденным. А искренняя симпатия к России и к русским, выраженная в публикуемых письмах, выглядит данью отнюдь не положению, но глубокому пониманию страны, с которой связаны славные страницы его биографии.Неумирающая иллюстрированная классика военного жанра – в Библиотеке Николая Старикова с предисловием известного политика, публициста, историка.
Бывает же так – выражение или мысль становится популярнее самого автора. С Карлом фон Клаузевицем именно это и произошло. Его крылатое выражение «Войны – это продолжение политики иными средствами» стало широко известным – настолько, что автора его не всегда и припомнят. На этом историческая несправедливость не заканчивается. Многие из тех, для кого имя Клаузевиц намертво пришито к вышеупомятой фразе, не знают о нем почти ничего.
Исправим эту несправедливость.
Карл фон Клаузевиц был стопроцентным немцем, как свидетельствует его «ФИО». Однако известность он заслужил как военный теоретик мирового уровня. Вернее всего назвать его – военный ученый. Именно так! Блестящий офицер, прекрасно знающий теорию военного искусства и способный подтвердить ее на поле боя. Если, конечно, надо.
После разгрома его родной Пруссии Наполеоном в двух сражениях за один день (!) фон Клаузевиц продолжил преподавать принцу военную науку. Но когда потерявшая свободу и независимость Пруссия заключила союз с Наполеоном и выступила против России, он перешел на русскую службу. Патриот Клаузевиц отправился служить в ту армию, которая одна только и могла принести свободу на немецкую землю. Удивительно, но более чем за сто лет до Великой Отечественной ситуация до боли напоминала события «после 1943 года»: разгромив агрессора, русские войска пошли освобождать Европу. Как и в тот раз, так и после 1945 года, благодарности европейцев нам это не принесло.
Так что когда придет время вновь освобождать Европу от какого-либо потерявшего человеческий облик «объединителя», нам, русским, надо крепко подумать, стоит ли это делать еще раз…
Карл фон Клаузевиц по праву считается классиком военной мысли. Одним из тех, кого прочитать нужно непременно. Наиболее известное его произведение, «О войне» – большое и сложное. А вот куда более живая и нужная русскому человеку книга «1812 год» отчего-то у нас почти позабыта. Хотя издавалась она еще при Сталине. В «том самом» 1937 году… Мы воспроизводим ее текст целиком.
Книга Клаузевица – это одновременно и мемуары офицера, который прошел всю кампанию 1812 года, и рассуждения военного теоретика, дающего оценки решениям полководцев. Поначалу Клаузевица прикомандировали к прусскому генералу Карлу Пфулю, который чуть не угробил нашу армию, разделив ее на части и «посадив» основную в укрепленный лагерь. После того как Пфуля отодвинули в сторону, Клаузевица перевели к графу Палену. В его арьергарде Клаузевиц принимал участие в сражении под Витебском. Был он и под Бородино. Однако поскольку говорить по-русски он не мог и был в полном смысле слова «немцем», то и командовать не мог. А потому в этой битве действовал не как теоретик и даже не офицер, а как обычный солдат.
И все же острая наблюдательность и глубокий аналитический ум позволили ему проследить судьбу Великой армии Наполеона от вторжения в Россию до бесславного бегства. Книга написана с немецкой холодностью. Сам же автор, прежде чем вернуться в родной фатерлянд, поучаствовал в еще одном историческом событии. Оказавшись в корпусе генерал-фельдмаршала Петра Витгенштейна, который первоначально прикрывал Петербург, Клаузевиц приложил руку к тому, чтобы пруссаки перешли на русскую сторону. В местечке Тауроген еще пока французский союзник прусский генерал Йорк заключил конвенцию с русскими, которая стала первым шагом к восстанию в Пруссии и ее полному переходу на сторону боровшейся с Наполеоном России. Так вот: переговоры с прусским генералом, носящим англосаксонскую фамилию Йорк, вел стопроцентный пруссак, офицер русской службы Карл фон Клаузевиц.
Все смешалось тогда в мире. Именно поэтому наполеоновские войны можно смело назвать Нулевой мировой войной.
Ключевой этап ее истории в изложении современника, участника событий и блестящего теоретика – у вас в руках.
