1812 год - трагедия Беларуси полностью

Появление Наполеона наглядно выявило отрицательное отношение большей части населения к режиму российских захватчиков. Прошло всего 17 лет с момента полной ликвидации ВКЛ, воспоминания о нем еще были живы в памяти жителей Гродненской, Виленской и Минской губерний. Только за Двиной и Днепром, где срок русского господства был вдвое больше, население отнеслось к французам более сдержанно. Впрочем, поздравительные речи в честь французской армии звучали как в Вильне, Гродно, Бресте и Минске, так и в Полоцке, Могилёве и даже в Смоленске. Например, в Могилёве православный епископ Варлаам и иеромонах Орест благословили французов, избавивших город, как они выразились, от «наших хищников»[60].

Ждали Наполеона и беларуские крестьяне. До них доходили слухи о том, что в Герцогстве Варшавском французский император отменил крепостное право. А накануне войны в западные губернии России засылались прокламации, в том числе на беларуской языке, о свободе, которая придет вместе с наполеоновской армией.

Жители Минска встретили французов как освободителей от российской оккупации. Вот что сказано в изданной в 1905 году в Санкт-Петербурге книге «Минск: исторический очерк»:

«Все русское население Минска поспешно спасалось бегством… Что же касается поляков («поляками» здесь названы беларусы — католики и униаты. — Авт.), то они и не думали бежать из города и спокойно, с радостью ожидали французов, видя в них своих будущих освободителей, и те учреждения, где преобладал польский элемент (какова формулировка русских шовинистов — «элемент»! — Авт.), никаких мер к отправлению из Минска не предпринимали, а, напротив, приготовились к торжественной встрече французов.

По выезде из города русских чиновников поляки (не поляки, а минчане-беларусы. — Авт.) организовали временный совет (Раду. — Авт.) для охраны магазинов с провиантом и спокойствия жителей. Председателем совета был избран президент первого департамента минского главного суда Л. Каминский, а членами были президент второго департамента того же суда (Ян) Ходько и минский уездный предводитель дворянства (Игнатий) Монюшко, а также члены городского магистрата. Благодаря заботливости членов этого совета минские магазины (склады) не были сожжены и достались неприятелю, который здесь нашел до 7500 пудов муки (120 т.), много овса и 1500 фунтов (614 кг.) пороха. Кроме того, неприятелем был захвачен также большой запас лазаретного имущества.

Маршал Даву занял Минск 25 июня и был торжественно встречен поляками (не поляками, а беларусами. — Авт.). Квартира ему была отведена на Верхнем рынке (Соборная площадь) в доме, примыкавшем к костёлу. Эта площадь была украшена в то время ратушей, иезуитской коллегией, униатским монастырем и православным собором. В течение двух дней войска корпуса Даву успели придвинуться к Минску и запрудили город, но, впрочем, в Минске остался только генералитет, а войска расположились в окрестностях.

28 июня было назначено торжественное богослужение в костеле по поводу успехов французских войск и освобождения Минска от русского владычества, после этого богослужения Даву произвел смотр войскам. Первый французский губернатор Минска генерал Барбанегрэ был переведен в Борисов, а на его место заступил генерал Брониковский.

По мысли Наполеона, Минск должен был играть роль центрального склада провианта и сборного пункта больных, раненных и отставших».

Минчане радовались бегству русских и одновременно волновались, не зная наверняка, что их ждет. Ночь на 28 июня прошла в тревожном ожидании. Кое-где слышались выстрелы. Именно для того, чтобы не допустить разбоя, грабежей и поджогов, днем 25 июня горожане создали орган самоуправления — временную Раду в составе Людвика Каминского, Игнатия Монюшко и Яна Ходько.

Им стало известно, что к городу приближаются войска маршала Луи Даву. Было решено торжественно встретить французов.

Утром 26 июня делегация минчан во главе с Каминским и Монюшко выехала за город для встречи французских войск. Через две версты произошла встреча, а еще через час на городской черте возле Раковской заставы французский кортеж с хлебом и солью встретили начальник второго департамента (отдела) губернского суда Ян Ходько, минский подкоморий князь Михаил Пузына и некий пан Сераковский. Они заявили, что в лице маршала Даву горожане приветствуют Наполеона. Французский полководец благосклонно воспринял речь и в свою очередь подчеркнул, что непобедимое войско Наполеона пришло не покорять, а освобождать жителей бывшего ВКЛ, пришло вернуть им Отечество:

«Либо огромные полчиша врагов покроют землю трупами своими, либо целостность Отчизны вашей будет возвращена и влияние российское на интересы Европы должно быть уменьшено».

Когда князь Даву со своим штабом прибыл на площадь Верхнего рынка, французских генералов и офицеров окружили местные женщины, усыпавшие цветами их путь. Раздавались возгласы «Vive Napoleon liberateur!» (Да здравствует Наполеон-освободитель!) На крыльце городской оркестр играл бравурные мелодии и марши.