4. Рассматривая теоретическую ситуацию после виртуального превентивного удара СССР в 1941 году, можно сказать, что в 1942 году можно было ожидать вначале успешной для СССР весенней кампании 1942 года. Однако развитие успеха привело бы к блокированию с рейхом всех антикоммунистических сил Европы, включая Англию. И, скорее всего, – к организации совместных военных действий против СССР при патронаже или даже прямом участии в европейской войне уже в 1942 году Соединенных Штатов Америки.
5. Совместная агрессия Запада и США против СССР, ставшая результатом превентивной войны 1941 года СССР против Германии, резко ухудшила бы наше стратегическое положение и втянула бы СССР в тяжелую и длительную войну, наиболее вероятным итогом которой стало бы изгнание агрессора с территории СССР, но не более того.
Потенциал СССР как мировой державы был бы надолго подорван.
В целом можно сделать вывод, что после отказа Советской России от стратегического союза с националистической Германией наиболее рациональным для СССР оставался вариант обеспечения успеха в вероятной оборонительной войне в 1941 году и отказа от наступательной политики, по крайней мере до полного перевооружения РККА в 1942–1943 годах. Такое решение – на оборону в случае возможной войны – и было принято Сталиным на 1941 год реально.
Лишь откровенно агрессивные приготовления Германии вдоль советских границ и информация об этих приготовлениях разведки пограничных войск НКВД СССР, постоянно передаваемая Сталину наркомом Берией, побудили Сталина срочно активизировать нашу военную деятельность к лету 1941 года.
В предвоенной ситуации 1941 года по сей день много неясного, однако при ее анализе и особенно при анализе последней предвоенной недели важнейшими реперными точками следует считать:
– нарастающий в течение апреля – июня 1941 года поток информации о масштабных приготовлениях немцев и концентрации их войск в приграничной полосе, получаемый от приграничных информаторов массовой разведки погранвойск НКВД СССР;
– постепенное осознание Сталиным готовности Гитлера начать войну уже летом 1941 года;
– предварительный политический зондаж Гитлера, предпринятый Сталиным в форме опубликования Заявления ТАСС от 13–14 июня 1941 года;
– окончательный политический зондаж Гитлера, предпринятый Сталиным 17 или 18 июня 1941 года в форме отклоненного Гитлером предложения немедленно направить в Берлин Молотова;
– организация Берией и руководством ВВС РККА 17 или 18 июня 1941 года, по поручению Сталина, полета вдоль границы командира 43-й истребительной авиадивизии ЗапОВО полковника Г. Н. Захарова для получения информации о ситуации по ту сторону границы со съемом информации в реальном масштабе времени силами погранвойск НКВД и немедленной передачей ее в Москву;
– решение (не позднее 19 июня 1941 года) Сталина о проведении срочных военных мероприятий, включая вывод командования Западного и Киевского особых военных округов на фронтовые командные пункты.
Об этом я писал не раз, об этом же я говорил и в документальном фильме «Кто прошляпил начало войны?», снятом в 2008 году ассоциацией «Наше кино» по заказу НТВ.
Да, многое еще не ясно до конца. Но уже можно сказать, что катастрофические события конца июня – начала июля 1941 года были обусловлены рядом таких объективных и субъективных причин, которые позволяют снять лично со Сталина не только обвинение в намерении нанести летом 1941 года внезапный превентивный удар по Германии, но и обвинение его в ответственности за провалы начального периода войны.
Сталин не прошляпил начало войны. Однако для затронутой выше темы не менее важен тот неоспоримый факт, что Сталин летом 1941 года превентивной войны и не готовил – с любой точки зрения.
Другое дело, что попытка Гитлера разгромить Россию вооруженной рукой была заранее в любом случае обречена на провал. И прецедентом здесь следует считать не только, да и, пожалуй, не столько «русский» крах Наполеона, сколько крах международной интервенции против Советской России во время гражданской войны 1918–1921 годов.
Уже русский народ Наполеону покорить не удалось. Но тем более не удалось это Гитлеру, поднявшему руку на новый, качественно более сильный и стойкий советский народ, который к 1941 году уже вобрал в себя лучшие и здоровые силы всех народов Советского Союза.
«Русский» крах рейха был неизбежен в любом случае, и анализ виртуального 1941 года убеждает в этом лишний раз.
Даже сегодня появляются исторические и псевдоисторические исследования, где основным оказывается вопрос: мог ли Гитлер победить в войне с Россией?
Так, ряд авторов считает, что Гитлер вполне имел шансы если не на полную военную победу, то хотя бы на серьезный и устойчивый военно-политический и геополитический успех в виде аннексии тех или иных советских территорий, в виде принуждения СССР к прогерманской политике и т. д. Иногда современные «исследователи», особенно англосаксы, видят шанс для фюрера даже в ситуации чуть ли не 1945 года!
