В моем правом кармане лежали деньги, ключи от машины и носовой платок. Я достал их и расправил смятые банкноты. Открыл окно. Дал механику деньги и сказал, что нам надо заправить машину.
Это был совсем молоденький парнишка, очевидно, еще школьник. Он с любопытством посмотрел на меня.
- С вами все в порядке?
- Сейчас очень жарко, - сказал я и протер лицо платком. С моих волос слетели стружки. Вероятно, я и впрямь странно выглядел. Парнишка кивнул и вставил наконечник насоса с бензином в отверстие для заливки. Он взглянул на Чико, полулежащего на переднем сиденье.
- А что с ним такое?
- Перебрал, - пояснил я.
По-видимому, мальчик решил, что мы оба крепко поддали, но как ни в чем не бывало залил бензин, закрыл крышку и повернулся к следующей машине. Я вновь не без труда завел мотор правой рукой и вырулил на шоссе.
- Что случилось? - спросил Чико.
Я взглянул в его затуманенные глаза. Решай, куда ехать, сказал я себе.
Решай за Чико. Сам я уже сделал выбор, поняв, что могу вести машину. В гараже нас посетила удача, у меня хватило денег на бензин, и я не стал просить мальчика вызвать врача или полицейского.
Больницы, расспросы, подозрения, как же я все это ненавидел. Я не нуждался ни в чьей помощи, но вот Чико…
- Куда мы сегодня двинем? - спросил я.
- В Ньюмаркет, - немного помолчав, ответил он.
- Сколько будет дважды восемь? Пауза.
- Шестнадцать.
Я обрадовался, что он пришел в себя, хотя сам был еще очень слаб. Ведь когда я сел в «Лендровер» и добрался до бензоколонки, боль на время отступила, но потом возобновилась и начала меня жечь. Ничего, силы восстановятся, надо только подождать. Это дело наживное, сейчас тебе плохо, а через минуту будет лучше.
- Я весь горю, - признался Чико.
- М-м-м…
- Это было уже слишком.
Я не ответил. Он передвинулся и попытался сесть прямо. Я заметил, что выражение его лица стало совсем нормальным. Он крепко закрыл глаза, пробормотал: «О, Господи», а после, прищурившись, посмотрел на меня и спросил:
- И ты тоже?
- М-м-м…
Долгий жаркий день сменился сумерками. Какое счастье, что мы вырвались.
Вести «Лендровер» одной рукой было рискованно и даже опасно. Мне приходилось отрывать ее от руля и наклоняться влево, чтобы поменять скорость. Досадно, что пальцы левой руки почти не сгибались и не могли нажимать на кнопки. Короче, она была обречена на бездействие. Мне очень хотелось поскорее добраться до дома и как следует выпить.
- Куда мы едем? - полюбопытствовал Чико.
- К адмиралу.
Я двинулся к югу, обогнув Севеноакс, Кингстон и Колибрук. Мне нужно было проехать дорогу № 4, пересечь Мейденхед по шоссе № 40 к северу от Марлоу, затем объехать Оксфорд по кольцевой дороге и лишь тогда очутиться в Эйнсфорде.
«Лендроверы» вообще машины не из удобных. Неудивительно, что Чико постоянно стонал и ругался. Он говорил, что больше этого не выдержит. Сил у меня не прибавлялось, и я дважды останавливался. К счастью, машин по дороге было мало, и путешествие к Чарльзу заняло у нас три с половиной часа. Не так уж и плохо.
Я притормозил и отпустил левую руку. Ее пальцы не действовали. Я с горечью подумал, что этим вечером с меня хватило унижений. Неужели я должен снять протез и оставить его рядом с коробкой передач? Ну почему у меня не две руки, как у всех прочих?
- Не напрягайся, и тебе станет легче, - посоветовал мне Чико.
Я кашлянул, этот звук был похож то ли на смех, то ли на плач, но мои пальцы чуть-чуть зашевелились, и рука опустилась на кнопку.
- Я же тебе говорил, - заметил Чико.
Я положил правую руку на руль и пригнул к нему голову, ощутив усталость и тоску. Кто же меня так наказал? А ведь мне сейчас нужно зайти к Чарльзу и сказать, что мы здесь.
Однако вопрос решился сам собой - адмирал вышел к нам в халате. Его освещала полоса света из двери. Я увидел, как он встал рядом с «Лендровером» и заглянул в кабину.
- Сид? - недоверчиво спросил он. - Это ты? Я поднял голову от руля, открыл глаза и ответил:
- Да.
- Сейчас уже за полночь, - удивился он. Я улыбнулся и откликнулся:
- А кто говорил, что я могу приезжать сюда в любое время?
Через час мы уложили Чико в постель, а я удобно устроился на золотистом диване, снял ботинки и с наслаждением вытянул ноги.
Чарльз спустился в гостиную и сообщил, что врач осмотрел Чико и готов помочь мне. Я поблагодарил и наотрез отказался.
- Он даст тебе что-нибудь болеутоляющее, как и Чико.
- Вот этого-то я и не хочу. Надеюсь, что Чико его лекарство не повредило.
- Но ты же сам просил вызвать врача. Целых шесть раз. - Чарльз немного помедлил. - Он тебя ждет.
- Я знаю, Чарльз, - отозвался я. - Дайте мне подумать. Я хочу просто посидеть и подумать. Пожелайте врачу спокойной ночи и ложитесь спать.
- Нет, - возразил он. - Так нельзя.
- Как хотите, а я поступлю по-своему. Я до сих пор чувствую… - Я осекся.
Я до сих пор чувствовал себя так, словно с меня содрали кожу, но не мог об этом сказать.
- Ты ведешь себя неразумно.
- Нет. Все, что случилось, неразумно. Вот в чем дело. Так что идите и оставьте меня в покое.
