«При всем нашем богатстве и влиянии что-то сделано не так. Мы жаждем мира, однако находимся в состоянии войны. Мы верим в справедливость и равенство, однако в нашей стране существуют зло и несправедливость. Мы благоговеем перед данной нам богом природой, однако допускаем ее загрязнение…»
«ТЕЛЕСКРИН соединял в себе приемник и передатчик. Он улавливал любой звук, едва превышавший самый осторожный шепот: больше того, — пока Уинстон находился в поле зрения металлического диска, его могли так же хорошо видеть, как и слышать. Нельзя было, конечно, знать, следят за вами в данную минуту или нет. Можно было только строить разные догадки насчет того, насколько часто и какую сеть индивидуальных аппаратов включает Полиция Мысли. Возможно даже, что за каждым наблюдали постоянно. И во всяком случае, ваш аппарат мог быть включен когда угодно. Приходилось жить, и по привычке, превратившейся в инстинкт, люди жили, предполагая, что каждый производимый ими звук — подслушивается, и любое их движение, если его не скрывает темнота, — пристально наблюдается… Не трудно придавать лицу бесстрастное выражение, можно при известном усилии контролировать дыхание, но контролировать биение сердца невозможно. А телескрин настолько тонкий аппарат, что способен уловить даже его…»
Телескрин — одно из главных действующих лиц, хотя он сам лицо неодушевленное, романа покойного английского писателя Джорджа Оруэлла «1984». Роман этот появился в 1949 году и завоевал огромную популярность на Западе, сделав взятый наобум год 1984-й своеобразным историческим рубежом — «промежуточным финишем» в глазах и писаниях целого легиона политологов, социологов, футурологов и журналистов. Заглавие романа стало нарицательным понятием даже для людей, не читавших его, а выражение «Старший Брат охраняет тебя» или «Большой Брат следит за тобой» вошло в поговорку.
Джордж Оруэлл, ренегат социализма, превратившийся из попутчика прогресса в лазутчика реакции, замыслил свой роман в жанре социально-политической утопии как карикатуру на наш строй на примере лейбористской Англии, «переродившейся» в «коммунистическую». Но история сыграла — не могла не сыграть — злую шутку и с автором романа, и с его апологетами. Каждый год от 1949-го до 1984-го все явственнее, все убедительнее показывал, что Оруэлл, сам того не желая, сам того не ведая (впрочем, последнее можно и оспорить), нарисовал не карикатуру на социализм и коммунизм, а вполне реалистическую картину современного капитализма-империализма. То, в чем упражнялась изощренная фантазия Оруэлла, стало явью западного мира, и в первую очередь Соединенных Штатов Америки — подлинного, а не вымышленного «центра зла» наших дней.
Любопытное — и символическое! — совпадение: отрывок из романа, процитированный выше, я нашел вынесенным в конденсированной форме в качестве эпиграфа к недавно вышедшей книге Джеймса Бэмфорда «Дворец головоломок». Книга эта посвящена американскому Агентству национальной безопасности (АНБ). Оно известно широкой публике в Соединенных Штатах, а тем более за их пределами куда меньше, чем ЦРУ или ФБР, что по крайней мере несправедливо. Это ведомство по своей технической оснащенности, материальным ресурсам и количеству сотрудников превосходит все аналогичные американские службы, вместе взятые, и является бесспорным фаворитом-претендентом на звание «Старшего» или «Большого Брата».
Говоря о АНБ, сенатор Фрэнк Чёрч предупреждал: «Его возможности, направленные в любое время против американского народа, не оставят ничего от частной жизни американцев. Да, таковы его возможности следить за всем… Негде будет спрятаться». Чёрч подчеркивал, что «технологические возможности, которые разведывательное сообщество предоставило в распоряжение правительства, могут помочь ему установить тотальную тиранию». Да, именно к этому и идет дело. 1984 год уже на дворе, и оруэлловский телескрин, казавшийся фантастикой в 1949 году, выглядит допотопным монстром по сравнению с новейшими достижениями того, что Бэмфорд называет «технотиранией». Бывший министр юстиции США Рамсей Кларк пишет, что «аудиовизуальное вторжение», практикуемое карательными органами и спецслужбами, «грозит полным перерождением общества, превращением его в питомник, где никто не знает, следят ли за каждым его поступком, подслушивают ли каждое его слово…» То есть реальным перерождением и превращением в мир, созданный фантазией Оруэлла.
Если другие американские ведомства меряют количество имеющихся у них компьютеров квадратными футами, то АНБ пользуется аршином акров! Нигде в США не сыщешь такой концентрации самых совершенных ЭВМ, как в подземных помещениях штаб-квартиры Агентства национальной безопасности. Об объеме их работы свидетельствует хотя бы такая деталь: количество подлежащей уничтожению секретной информации составляет сорок тонн бумаги в день! Объединенные компьютерной пуповиной с ЭВМ Центрального разведывательного управления, Федерального бюро расследований и других «Больших Братьев», эти электронные филеры могут наблюдать и наблюдают буквально за каждым американцем, знают о нем буквально все. От реального телескрина дядюшки Сэма нет укрытия, нет спасения. Он подслушивает твои телефонные разговоры, перлюстрирует твою почту, следит за твоими передвижениями, а главное — за движением твоей мысли.
