А пока велись переговоры, к Кремлю подошла колонна бывших «защитников Белого дома». Одновременно у стен Кремля под руководством В. И. Анпилова появились сторонники «Трудовой России». Оценивая сложившуюся ситуацию, некоторые допускали возможность следующего сценария: «противостояние – конфликт – мясорубка – чрезвычайное положение – президентское правление».122
Существовал ли такой замысел, мы не знаем.
Съезд не пошел на обострение конфликта, принял «Декларацию о необходимости углубления экономических реформ»123 и внес в Конституцию поправки, расширившие полномочия президента.124
21 апреля народные депутаты разъехались по домам.125 30 апреля Б. Н. Ельцин заявил, что съезд народных депутатов «надо разогнать к чертовой матери».126
23 мая Борис Николаевич изложил следующий план действий: сначала он предлагает Верховному Совету провести референдум по новому проекту Конституции, если Верховный Совет отклонит это предложение, он собирает необходимый миллион подписей и проводит референдум сам. «Все это», подчеркнул Б. Н. Ельцин, надо «сделать
До и после Вашингтона
Такое нагнетание страстей было не случайным.
С одной стороны, именно в это время в Верховном Совете шло бурное обсуждение чубайсовской программы приватизации. С другой стороны, 30 июня истекал срок третьей отсрочки России по внешнему долгу. Своим заявлением президент давал понять депутатам и кредиторам: если понадобится, уже осенью он может ликвидировать существующий парламент.
Заявление Б. Н. Ельцина приобретало особое значение в связи с тем, что он собирался за океан. Демонстрируя накануне этого визита готовность идти навстречу требованиям Запада, он произвел некоторые кадровые перестановки: освободил от должности первого вице-премьера Юрия Владимировича Скокова, представлявшего в правительстве инте-
ресы военно-промышленного комплекса128 и назначил его преемником А. Б. Чубайса129.
Одновременно появился еще один первый вице-премьер. Им стал Владимир Филиппович Шумейко130, бывший до этого заместителем спикера, заместителем председателя Комитета Верховного Совета по вопросам экономической реформы и собственности, а также руководителем Комиссии Верховного Совета по законодательному обеспечению указов Президента Российской Федерации. Осенью 1991 г. В. Ф. Шумейко сыграл важную роль в замене М. Д. Малея А. Б. Чубайсом131, а во время VI съезда вероломно пытался сорвать отрицательное голосование парламента по вопросу об оценке деятельности правительства.132
Следующий кадровый ход был сделан 15 июня. Б. Н. Ельцин оставил пост главы правительства и назначил своим преемником – исполняющим обязанности премьера – Е. Т. Гайдара.133
В эти же дни, 11 июня, Верховный Совет одобрил программу приватизации на 1992 г. в третьем чтении.134 К этому времени она претерпела серьезные изменения. Парламент предоставил трудовым коллективам право выкупать 51 процент акций приватизируемых предприятий.135 29 процентов акций было решено передать населению безвозмездно на основании специальных приватизационных чеков, остальные 20 процентов оставить в руках государства.136
С такой программой приватизации 15 июня Борис Николаевич улетел в США. Здесь он провел три дня: 16-18 июня.137 В печати сообщалось, что Вашингтон принял российского президента с особым почетом. И «если ему не вручили Звезду Героя Соединенных Штатов Америки, то только потому, что таковой здесь не имеется».138 Несмотря на такой прием, в своих воспоминаниях Борис Николаевич предпочел обойти визит в США стороной.
Похвастаться ему было нечем.
Во время этой поездки он договорился о подписании договора об СНВ-2, который предусматривал беспрецедентное по своим масштабам ядерное разоружение.139 Но в России договор вызвал неоднозначную реакцию.140 Нашей стране был обещан статус наибольшего благоприятствования в торговле с США.141 Но самые главные препятствия на этом пути (по-
правка Джексона и запрещения КОКОМа) сохранили свою силу.142 Не удалось получить внятного ответа и на вопрос о том, когда будут выделены обещанные 24 млрд. долларов.141
Придерживаясь принципа – сначала стулья, потом деньги, США не спешили раскошеливаться и продолжали требовать от России дальнейшего продвижения по пути «шоковой терапии», приватизации, разоружения и конверсии промышленности.
19 июня Б. Н. Ельцин вернулся в Москву.
23-го представители фракций «Демократическая Россия» и «Радикальные демократы» выступили с призывом к силовому подавлению оппозиции. 25 июня Конституционный суд обнародовал заявление «Конституционный строй государства – под угрозой».144
Через несколько дней «Известия» опубликовали статью министра иностранных дел Андрея Козырева «Партия войны наступает и в Молдове, и в Грузии, и в России». Статья имела подзаголовок: «Министр иностранных дел предупреждает об опасности государственного переворота». Обращая внимание на поляризацию сил в российском обществе, А. Козырев заявлял: поиски компромисса с оппозицией – «это путь катастрофы».145
