Только когда между Тото и Себастьяном не осталось и метра, я вдруг поняла, как много в них общего: чернявые волосы (у Себастьяна немного вьющиеся, а у Тото непослушные и торчащие в разные стороны), штормовые глаза (у Тото как отражение хмурого неба, а у Себастьяна же сама ночь), продолговатые тонкие лица. Но находились и отличия: мускулистые руки Себастьяна обвивали татуировки, сложенные из древних баллад и легенд, а телосложение не выглядело массивным, скорее наоборот – легким и атлетичным. Тото же был жилистым, крепким, как платяной шкаф, и заметно моложе. Яркой одежде Себастьяна он предпочитал неброскую и хлопковую пастельных тонов. В контрасте друг с другом они походили на реку и море – и то, и другое вода, но разная глубина и предназначения. Морю не нужно быть буйным, чтобы обтесывать стекло и камни, а реке же подобает становиться извилистой, если что-то перегораживает ей путь. Однако и там, и там легко утонуть, если переоценить свои силы и заплыть слишком далеко.
– Ты не на моем месте, – рявкнул Тото. – И эта женщина точно тебе не принадлежит.
– Она никому не принадлежит, – бесстрастно парировал Себ, глядя ему в лицо. – На то она и женщина, а не вещь.
– Не извращай мои слова! Я имел в виду совсем не это…
– Довольно! – воскликнула Барби, и она, пожалуй, была единственным человеком в этой комнате, который был способен остановить их. – Хотите перебудить всех сновидцев, полудурки?! Без обид, Себастьян, мы толком незнакомы, но… Все мужчины так или иначе идиоты, это ведь факт.
– Твоя правда, – хмыкнул он. – Я больше не хочу быть идиотом. Я и так уже натворил достаточно.
Его взгляд нашел позади Флейту. Только трое из нас знали, о чем идет речь. Его предательство. Его насмешка. Достоин ли он прощения?
Секунда – и Тото уже стоит к Себастьяну вплотную, вытянув указательный палец у него перед носом. Все в комнате напряглись, ожидая худшего.
– Хорошо. Помогай нам.
Я взглянула на Тото, не веря, что это правда сорвалось с его уст. Себастьян натянулся как струна, но тот уже отошел от него и сел на свое место.
– Если и вправду можешь, конечно.
Тото потер пальцами острую коленку Флейты, явно забыв о спрятанных под тканью ссадинах; она поморщилась, но смогла улыбнуться. Барби облегченно вздохнула, как и Себастьян, который был слишком чванлив, чтобы показать, как сильно он волновался. Задаваясь вопросом, что это сейчас было, – хваленая выдержка Тото или какая-то хитрость, – я мысленно помолилась, чтобы этого больше не повторялось.
– В Северном терминале, где они держат спящих, – снова заговорил Тото, – у меня там сестра, Эльмира. Нужно как-то вытащить ее при побеге.
– Уверен, что ей еще не вышибли мозги? – брякнул Грейс и тут же пожалел об этом, потому что взглядами, что устремились на него, можно было накалывать, как на вилы. – Вы же знаете, Сара отбирает
– Не мели чепухи! – взорвалась Барби, пнув его ботинком. – Сара не трогает родню прайдеров.
– Это так, – холодно признал Тото. – Сегодня моя очередь.
Почти хором возник вопрос:
– Очередь для чего?
Себастьян отпрыгнул от распахнувшейся двери, пропуская внутрь девочку в голубом платье и с шоколадными волосами, забранными ободком. Сейчас она невероятно походила на меня в детстве, как и подобает младшей сестре.
– Джессамина, – выдохнула я, стараясь не прозвучать слишком презрительно, что было невозможно.
Испытывать такое к собственной сестре было неправильно, гадко. Я сама была гадкой, потому что в тот момент мне ничего не хотелось сильнее, чем швырнуть Джесс в снег и оставить замерзать, чтобы она почувствовала это – тупую боль, с которой ты ничего не можешь сделать.
Джесс посмотрела мне в глаза и впервые не стушевалась. Не запомни я ее малолетним чудовищем, лицемерящим и притворяющимся, я бы даже поверила, что сожаление на ее лице искреннее.
– Что это еще значит? – спросила Флейта, разбив ледяную паузу. – Зачем Тото идти с тобой? Куда?
– Наружу, – ответила Джесс. – Каждые три дня Сара отправляет двоих сновидцев прочесать окрестности, чтобы устранить максимум спящих. Она боится, что скоро они проснутся, наводнят Анкоридж и мир вернется к тому, с чего начал. Настал черед Тото идти. Он ведь в охранном блоке, – пояснила Джесс. – Нас поставили в пару.
– Убивать невинных? – ахнула Флейта. – Тото, ты же не…
– Нет, конечно! Я не буду, – ответил он. – Если Джесс нас прикроет.
– Я сделаю все, что смогу, – кивнула она. – Никто не узнает, что мы не стали никого трогать. Отсидимся в каком-нибудь кинотеатре, пока…
– Замолчи, – прошептала я, не выдержав. Притихла даже Мадам Дурашка, перестав сопеть на коленях Грейса. – Как ты смеешь говорить с нами? Почему ты вообще здесь?!
– Потому что я ее привел, – бесшумно проскользнув в спальню, Эшли обнял Джесс за плечи, и от этого его жеста мне сделалось дурно.
– Я ведь сказала, что мы не будем приглашать Джесс участвовать в плане…
