Посему, имея по милости Божией такое служение, мы не унываем: 2 но, отвергнувши скрытные постыдные дела, не прибегая к хитрости и не искажая слова Божия, а открывая истину, представляем себя совести всякого человека пред Богом. 3 Если же и закрыто благовествование наше, то закрыто для погибающих, 4 для неверующих, у которых бог века сего ослепил умы, чтобы для них не воссиял свет благовествования о славе Христа, Который есть образ Бога невидимого.
<p>1) Такое служение</p>То, что Павел имеет от Бога, как однозначно сообщает он коринфянам, является его служением (ст. 1). Вновь прибывшие критики, можно предположить, имеют «иное» служение — продолжение служения Моисея, которое завершается осуждением и смертью (3:7,9), то есть служение завета, который сейчас «обесславлен» бесконечно большей славой Нового Завета, пришедшего ему на смену (3:9—11).
Служение Павла в отличие от этого является служением оправдания (3:9), примирения (5:18) и Духа (3:8). Посредством служения Нового Завета люди имеют дерзновение пред Богом (3:12) и обретенную благодаря Духу свободу обращаться к Господу, а также преображаться в Его нравственный и духовный образ (3:17,18). Преимущества «такого служения» являются причиной и основанием его безупречной жизни как служителя, что он сейчас вкратце изложит.
То, что написано здесь Павлом, является ответом на пять обвинений, выдвинутых против него оппонентами в Коринфе.
а) Его фраза мы не унываем (ст. 1) наводит на предположение, что оппоненты обвиняли его в том, что как служитель он упал духом и апатичен. Разве он не бежал сначала из Коринфа, а затем из Эфеса? Разве не было разговоров о его подавленном состоянии? В конце концов, те, кто недавно прибыл в Коринф, имели там большой успех, а Павла вообще там не было видно.
б) Утверждение, что он отвергнул скрытные постыдные дела (ст. 2), указывает на то, что незнакомцы обвиняли его и в этом тоже. Иными словами, они говорили, что он бесчестный и неискренний человек.
в) Его слова не прибегая к хитрости (ст. 2) указывают на конкретное обвинение в том, что он отклонил денежную помощь коринфян с тем, чтобы ловко выторговать власть над ними. Он снова коснется этой темы, когда будет писать: «Положим, что сам я не обременял вас, но, будучи хитр, лукавством брал с вас» (12:16).
г) Схожим образом, его фраза не искажая слова Божия (ст. 2) подразумевает обвинение в привнесении лишнего в проповедь Христа или в ее извращении. Возможно, это отсылает нас к учению Павла об «оправдании» и «духе» (3:8—9), которое его иудействующие оппоненты, могли рассматривать как привнесение ереси в их проповедь. Павел выдвинул контробвинение: они «повреждают Слово Божие» (2:17) и провозглашают другого Иисуса и другое Евангелие (11:14). Очевидно, что это была борьба за истинное учение.
д) Наконец выясняется, что они обвиняли его в том, что он затемнял смысл благовествования, особенно для придававших значение закону евреев. Последние не могли разобраться в проповеди Павла, которая строилась вокруг Мессии, а Моисеев закон представлялся в ней устаревшим. Когда он пишет если же и закрыто благовествование наше (ст. 3), он в некоторой степени соглашается с их критикой. На своем печальном опыте Павел знает, как мало евреев приняли его проповедь. Закрытое сердце, мешающее постижению славы, на которую указывал Ветхий Завет (3:14,15; ср.: 1:9), также мешает принять учение апостола об исполнении Ветхого Завета в Сыне Божьем.
Чем же отвечает Павел на эти обвинения?
а) Против обвинения в том, что он упал духом и опустил руки, апостол пишет, что имеет такое служение (ст. 1), указывая тем самым, что это текущее поручение. Незапланированный визит в Коринф, за которым последовало сначала одно послание, затем другое, плюс планы нанести еще один визит, — все это свидетельство того, что Павел никоим образом не бросал служение или коринфян. И проявлял он настойчивость не столько в силу врожденной твердости характера, сколько в силу того, что «такое служение» передает прощение, Дух и славу Божью. Результаты этого служения являются достаточной причиной, чтобы продолжать свое дело.
